Работать адвокатом в москве

Стать адвокатом по новым правилам: как это сделать

С 1 сентября 2016 года ФПА ввела единые требования сдачи квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката для всех адвокатских палат страны. Согласно нововведениям само испытание проходит в два этапа. Первое — в течение часа ответить на 70 тестовых вопросов, которые компьютерная программа случайно выбирает из единого перечня. При этом успешным результатом будет считаться 50 правильных ответов и более. Вторая часть экзамена — устная. В каждом билете по четыре вопроса. При подготовке ответа кандидатам теперь можно пользоваться печатными текстами кодексов и законодательных актов.

Владислав Салита из АБ «Юсланд»– один из тех, кто в 2017 году стал адвокатом уже по новым правилам. Он рассказал «Право.ru», как сдавал экзамен и дал советы тем, кто только готовится к такому испытанию.

Первые шаги к новому статусу

В январе 2017 года Салита собрал все необходимые документы и отнес их в Адвокатскую палату Санкт-Петербурга. В разных субъектах РФ с вас могут потребовать дополнительные бумаги, уточняет юрист: «Например, в Адвокатской палате Ленинградской области нужен военный билет. А в некоторых регионах в Палату надо принести гарантийное письмо о том, что юристов после успешной сдачи экзамена примет к себе адвокатское бюро». Сама подготовка у кандидата заняла четыре месяца и проходила в свободное от работы время – исключительно по выходным дням.

Хотя Салита называет свою подготовку к экзамену скорее повторением ранее изученного материала: «Мне серьезно помогло то, что я учился в магистратуре по программе «Адвокатура», а по работе занимался судебным представительством». Предстоящее испытание его не особо пугало и по другой причине: «В университете я за 5 лет сдал 100 экзаменов, а потом ещё 45 в магистратуре за два года». Но будущий адвокат все равно купил несколько книги, по которым в итоге готовился.

Двухэтапный экзамен

Сначала мы сдавали тестовую часть за компьютерами, вспоминает Салита: «За нами внимательно наблюдали, чтобы никто из кандидатов не воспользовался вспомогательными средствами». Для удобства экзаменуемых часы в углу монитора постоянно напоминают, что идет обратный отсчет времени, поясняет юрист. Как только тест заканчивается, то компьютер сразу выдает результат, который может быть либо положительный, либо отрицательный – третьего не дано, отмечает Салита.

Примерно через неделю после успешного выполнения назначают устную часть экзамена. Этот этап напоминает университетские зачеты, объясняет Салита: «Подходишь к столу, где лежат билеты, в каждом из которых по четыре вопроса. Я вытянул билет, в котором все задания оказались по разным отраслям права – уголовный процесс, арбитражный процесс, административное право и вопрос по гражданско-правовым сделкам».

Юрист подчеркивает, что предложенные вопросы ему не показались сложными: «В принципе, я мог ответить на них сразу, но спешить было некуда, и я тезисно подготовил свой ответ на бумаге». Сам процесс сдачи экзамена Салита назвал «агрессивным»: «Но под этим термином я не имею в виду что-то плохое, скорее это как агрессия защиты адвокатского сообщества от «случайных лиц», которым нужно подготовиться еще». Беседа с комиссией тогда еще будущему адвокату напомнила переговоры среди юристов.

Когда экзаменаторы поняли, что Салита знает ответы на вопросы, то они стали больше интересоваться его юридической практикой: «Выясняли тонкости правоприменительной деятельности медицинского лицензирования, которой я к тому моменту занимался больше всего». В тот же день юрист принял адвокатскую присягу, еще через сутки заплатил вступительный взнос в адвокатскую палату Санкт-Петербурга на сумму 50 000 руб., а спустя месяц в торжественной обстановке получил удостоверение, которое подтверждает его новый статус. Однако цена «входного билета» в адвокатуру значительно разнится в зависимости от региона. Если в Москве с новоиспеченного защитника возьмут всего лишь 22 000 руб., то в Ханты-Мансийске придется заплатить 250 000 руб. Размер таких сумм определяется решением совета адвокатской палаты региона и не имеет четких критериев.

Советы от юристов, получивших адвокатский статус в 2017 году

Рафаэль Костанян, старший юрист КА «Муранов, Черняков и партнеры» (получил статус в АП Москвы) утверждает, что к тесту надо готовиться, «чуть ли не зазубривая» положения Закона об адвокатуре и Кодекса профэтики адвоката. Он предупреждает, что в некоторых заданиях есть несколько правильных ответов: «Например, мне попался вопрос о существенных условиях соглашения по оказанию юрпомощи. Я указал три правильных ответа, но не отметил четвертый. Итог – весь ответ не засчитан».

В любом случае, с тестом кандидаты обычно справляются без особых проблем. По крайней мере, более 50 правильных ответов на 70 вопросов за час все дают, констатирует Президент АП Костромской области, Николай Жаров. Гораздо больше трудностей у кандидатов вызывает устная часть, которая по своей форме напоминает вузовский экзамен. В вашем билете будет четыре вопроса. Как правило, первый из них – по истории адвокатуры, второй по нормативному реглуированию адвокатскую деятельность, а два последних касаются различных отраслей права, рассказывает Алексей Новиков, экс-следователь по особо важным делам ГСУ СК, младший партнер АБ «ЗКС» (получил статус в АП Москвы).

Основная сложность сдачи устной части экзамена заключается, по моему мнению, в большом количестве материала из совершенно разных отраслей права. Приличный объем (примерно 30%) занимает уголовный процесс. В каждом билете есть вопрос по такой теме. При подготовке очень важно понимать, что не нужно заучивать наизусть нормы права: основным нормативным материалом можно пользоваться прямо на экзамене. Самое важное – знать, какой кодекс (или закон) открыть и куда в нем посмотреть. Так что больше внимания необходимо уделить теоретическим знаниям: той научной базе, которой нет в кодексах и законах.

Виктор Андреев, старший юрист «Taxadvisor», получил адвокатский статус в АП Москвы

Основной упор надо делать на первый вопрос, считает Костанян: «Именно по нему члены комиссии составляют о вас первое впечатление». Артем Сафонов, юрист Saveliev, Batanov & Partners (получил статус в АП Москвы)советует будущим адвокатам уделять бОльшее внимание именно устному выступлению: «Старайтесь говорить максимально четко и спокойно».

И ни в коем случае нельзя зачитывать ответы с листа – комиссия очень негативно относится к такому формату, предупреждает юрист. Он объясняет, что сдача адвокатского экзамена должна выглядеть как выступление в суде: «В этом случае комиссия будет относиться к претенденту лучше, даже если в ответах будут неточности».

Если вы уверены в своих знаниях, то не надо бояться входить в полемику с членами комиссии, добавляет Костанян. По его словам, одна из задач экзаменаторов заключается как раз в том, чтобы выявить способности кандидата логически формулировать свою позицию.

Адвокат Мартин Зарбабян (получил статус в АП Москвы) отмечает, что в профессиональном сообществе есть определённый стереотип — крайне трудно сдавать адвокатский экзамен в Москве. Однако, это скорее миф, чем правда, уверяет он. Безусловно, для того, чтобы приобрести статус защитника в столице, недостаточно только процитировать нормы права из кодексов, подчеркивает Зарбабян: «Важно углубленно понимать нормативно-правовые предписания, знать судебную практику и довести свою мысль до экзаменаторов». Поскольку, самая распространенная ошибка претендентов – неумение говорить, резюмирует юрист.

До получения статуса я занимался в основном арбитражными спорами, поэтому главную сложность для меня составила подготовка по уголовному праву. Изучить эту тему мне очень помог учебник под редакцией А.И. Рарога. При ответе категорически не рекомендую читать по листочку. Количество дополнительных вопросов будет прямо пропорционально количеству прочитанного с бумаги. Не лишним будет учесть и то, что экзаменационная комиссия постоянно слушает одни и те же ответы. Поэтому, с большим вниманием экзаменаторы отнесутся к новой для них информации. Заранее стоит позаботиться и о кодексах, которыми можно теперь пользоваться во время сдачи экзамена. Материалов на всех порой не хватает, или они могут иметь старую редакцию. Поэтому для удобства стоит взять свои кодексы, предварительно спросив разрешение у комиссии.

Михаил Налётов, частнопрактикующий адвокат, получил статус в АП Воронежской области

Взгляд адвокатского руководства на новые правила

Президент Адвокатской палаты Республики Дагестан, Акиф Бейбутов утверждает, что после введения компьютерного тестирования претенденты начали ответственнее относиться к экзамену и тщательнее готовиться к нему: «Возможно, это главный результат, которого мы смогли добиться введением нового порядка».

Кроме того, обсуждаемые нововведения упростили жизнь и руководителям адвокатских палат. Раньше мы самостоятельно готовили вопросы и организовывали тестирование, а теперь все материалы присылает Федеральная палата адвокатов, что очень удобно, отмечает Президент Адвокатской палаты Ивановской области, Елена Леванюк Глава АП Костромской области приветствует еще одно новое правило – возможность пользоваться печатными кодексами на экзамене: «Если человек знает материал, то кодекс ему поможет уточнить формулировки, справиться с волнением. А когда кандидат не знает ответа, то кодекс его не спасет». Светлана Володина, вице-президент Федеральной палаты адвокатов в свою очередь объясняет, что экзамен в новом формате проверяет прежде всего готовность будущих адвокатов правильно действовать в определенной процессуальной ситуации. Если раньше вопрос звучал как «Договор аренды», то теперь – «Действия адвоката по составлению и расторжению договора аренды», говорит представитель ФПА. По ее словам, комиссия должна понять, что потенциальный защитник не только знает правовую норму, но и способен ее верно применить на практике.

Вместе с тем, для некоторых регионов единые правила не установили ничего нового. Так произошло в Самарской области. Глава адвокатской палаты этого субъекта РФ, Татьяна Бутовченкообъясняет, что экзамен на статус адвоката у них всегда состоял из компьютерного теста и устного собеседования. И введенная ФПА программа тестирования мало чем отличается от ранее используемой в нашей палате, говорит Бутовченко. Она подчеркивает, что сейчас тест сдается претендентами даже успешнее, чем раньше.

Но некоторые защитники считают, что в сегодняшем виде адвокатский экзамен – вещь слишком усложненная.Если претендент – практик с большим опытом, то можно было бы ограничиться тестированием по законодательству об адвокатуре, уверена Екатерина Болдинова, партнер юрфирмы «Тиллинг Петерс» (получила статус в АП Московской области). Кроме того, она предлагает выделять специализации для адвокатов, сравнивая юристов с врачами: «Ведь вы не идёте лечить сердце у окулиста. Точно также эксперта по семейному праву глупо спрашивать о налоговых вычетах». А если в дальнейшем адвокат решит изменить свою специализацию, то ему надо будет пройти проверку знаний по новой – уже для другой отрасли, резюмирует Новиков.

С полным перечнем экзаменационных вопросов можно ознакомиться здесь, а со списком рекомендованной литературы здесь.

Чтобы работать юристом (солиситором или барристером) в Англии, потенциальный кандидат должен свободно владеть английским языком. Знание других языков будет дополнительным бонусом. Приглашённый профессор университета Вестминстер, российский адвокат и английский солиситор Дмитрий Гололобов рассказывает: специалисту из России придется сначала квалифицироваться: отучиться в Англии, устроиться на стажировку и пройти ее, сдать несколько экзаменов и хорошо зарекомендовать себя, чтобы остаться в той же фирме уже в качестве сотрудника. При этом существует проблема недостатка стажерских мест, которую давно и безуспешно пытается решить все юридическое сообщество Англии. Поэтому большинство юристов работает помощниками или на околоюридических специальностях. «Известность, PR, участие в благотворительности и в громких событиях иногда все же играют положительную роль. Хотя в целом карьеры и повышения в Англии куда медленнее и поступательнее, чем в России», – отметил Гололобов. Юрист лондонского офиса Bryan Cave Leighton Paisner Надя Хаббак объяснила: крупные юрфирмы проводят достаточно сложный отбор потенциальных кандидатов на должности стажеров, который включает в себя собеседование и тестирование. Оцениваются не только интеллектуальные способности, но и навыки работы в команде, а также коммуникативность. Если после окончания стажировки встает вопрос о трудоустройстве, юрист проходит собеседование с партнерами юрфирмы.

«Спрос на юристов со знанием российского права и русского языка есть. Хотя основным фактором скорее является образование, полученное на территории Англии, а также уровень имеющегося в России опыта работы», – говорит Хаббак. «Мне кажется, спрос на российских юристов в Англии уже давно удовлетворен», – спорит с ней Гололобов. – Из-за визовых ограничений получить образование, квалифицироваться в Англии и остаться там работать практически невозможно, если у тебя нет европейского или иного «правильного» паспорта или твои родители не могут выложить £2 млн за инвесторскую визу. Ценятся или мотивированные, молодые, готовые сутками впахивать специалисты, или опытные юристы со своими клиентами. При этом самые популярные практики – IP, IT, информационная защита, безопасность технологий. Конечно, крупная юридическая фирма может пригласить к себе «суперзвезду» из России, но исключительно в разовом порядке: масштабных российских сделок давно уже нет и в скором времени не предвидится», – считает Гололобов.

Средняя зарплата юриста в Лондоне сейчас составляет £67 616 в год (без учета налогов). По словам Гололобова, крупные американские фирмы с офисами в Лондоне платят стажерам £40 000 в год, квалифицированные юристы получают от £100 000, а ведущие партнеры юридических «монстров» – от £1 млн (и отдают порядка 45% налогов).

В Германии более 95% юристов имеют квалификацию по немецкому праву – они официально зарегистрированы в соответствующей ассоциации юристов. «Мы стараемся рассматривать кандидатов, квалифицированных по немецкому праву, которые сдали государственные экзамены, вошли в первые 15% отличников, имеют рекомендательные письма с мест стажировки и красные дипломы по окончании вуза. Документы о дополнительных академических квалификациях (LL.M. или Dr.) приветствуются, но не являются необходимостью», – сообщил глава HR-направления Hogan Lovells в Европе (Дюссельдорф) Торстен Асхоф. При этом иностранные юристы должны иметь глубокие академические знания и в совершенстве владеть английским языком. Немецкий язык поможет им коммуницировать в команде.

Российских юристов могут принять на работу и без квалификации по немецкому праву, но только в те практики, которые ведут проекты клиентов иностранных юрисдикций. По словам Асхофа, таких позиций довольно мало. Если они вдруг открываются, кандидаты проходят два интервью: первое проводит партнер практики, в которой кандидат желает получить должность, и сотрудник отдела кадров соответствующего офиса в Германии. На втором интервью кандидат встречается с партнерами других практик и командой своей практики.

В качестве начальной заработной платы юристы, недавно квалифицированные по немецкому праву, могут ожидать более €100 000 в год плюс бонус за достигнутые результаты. Что касается иностранных специалистов, уровень их дохода в большей степени зависит от спроса на спецификацию. Для иностранных юристов не предусмотрена жесткая схема, как для юристов, квалифицированных по немецкому праву (они составляют > 95% всех работников).

«Очень важно понимать: вопросы, которые возникают у клиентов из Нидерландов, почти всегда рассматриваются на основе местного законодательства. Поэтому юристы не только должны знать местные законы, но и голландский язык, так как вся переписка и судебные разбирательства ведутся на голландском – за исключением международных арбитражей», – рассказывает адвокат АК Law&More (Нидерланды), магистр в области права Университета Амстердама Максим Ходак, который также имеет ученую степень профессионального образования в области инвестиций и финансов EHSAL Management School в Брюсселе.

Ходак рассказал, что периодически получает заявки от российских юристов, которые заканчивают LLM-программы в нидерландских университетах: «Их привлекает, что наша адвокатская контора работает с клиентами из Евразии. Я считаю, что прохождение LLM-программы в западном вузе является очень правильным и полезным шагом для повышения квалификации российского юриста. Если есть возможность, то это обязательно надо делать». Но, по мнению Ходака, такие программы не являются окном в Европу с возможностью последующего трудоустройства на Западе.

«Идеальные кандидаты в Нидерландах – это не юристы-вундеркинды, которые заканчивают вузы с красными дипломами, а скорее те, кто показывает работодателю здоровый баланс между своей успеваемостью в университете, социально-общественной вовлеченностью в годы учёбы, эмоциональным интеллектом. Очень часто последний вердикт кандидату выносит сам коллектив. Для этого кандидата после прохождения формальной части процедуры приглашают пообедать вместе с будущими коллегами. Если он как человек им симпатичен, его принимают на работу», – сообщил Ходак.

Адвокат, президент израильской русскоязычной адвокатской коллегии «Эли (Илья) Гервиц» Эли Гервиц рассказал: чтобы работать по юридической специальности, нужно быть членом Израильской адвокатской Гильдии. Она в Израиле одна и является монополистом – как и адвокаты являются монополистами в сфере предоставления юридических услуг (за несущественными исключениями). Кстати, адвокатами в Израиле называют в том числе обвинителей и прокуроров, которые тоже входят в адвокатскую Гильдию. Предоставление юридических услуг не адвокатами является уголовным преступлением.

Чтобы вступить в эту Гильдию, нужно сдать девять экзаменов по профилирующим предметам, связанным с законодательством Израиля, и после этого пройти стажировку у адвоката – действительного члена Израильской коллегии адвокатов. Министерство алии (репатриации евреев в Израиль) и интеграции организует курсы подготовки к этим экзаменам. Курсы проводятся ежегодно двумя семестрами и включают в себя различные предметы по законодательству Израиля. Начиная со вторых курсов, кандидаты принимают участие в их частичной оплате, первые курсы полностью субсидированные. Занятия проходят в вечернее время, учащиеся имеют право на компенсацию транспортных расходов в соответствии с установленными министерством положениями. После получения допуска к экзаменам по израильскому законодательству нужно получить разрешение на работу.

«В Израиле очень локальное право – «мы живем на острове». С другой стороны, Израиль ориентирован на экспорт, поэтому в больших фирмах некоторый спрос на юристов с зарубежным образованием и опытом присутствует – но это в первую очередь американский и европейский опыт. Также не стоит забывать: мир становится все более и более глобальным – не только программисты работают удаленно, но и юристы», – считает Гервиц.

Доходы адвокатов в Израиле очень волатильны. «Стажеры часто начинают с минимальной заработной платы. У наемных адвокатов в частном секторе зарплата зависит от размера фирмы: в больших фирмах она заметно выше, чем в маленьких, но продолжительность рабочего дня напоминает анекдоты про американских адвокатов. Зарплата судьи намного меньше, чем зарплата адвоката того же уровня – но очень высок социальный статус. Других доходов, кроме преподавания и написания книг, у судей нет. Чтобы получать большие доходы, нужно рисковать, открывая свою адвокатскую фирму. Важным фактором, понижающим доходы юристов, является то, что плотность адвокатов на душу населения в Израиле вышла на первое место в мире почти 20 лет назад и с тех пор ситуация только ухудшается», – резюмировал Гервиц.

Как рассказал основатель и управляющий партнер белорусской юридической компании REVERA Дмитрий Архипенко, в Белоруссии юрконсультанты делятся на два вида:

юристы-хозяйственники – оказывают услуги на основании лицензии. Могут сопровождать клиентов во всех вопросах, связанных с бизнесом, за исключением представления интересов в судах;адвокаты – их деятельность регулируется Республиканской коллегией адвокатов.

Для того чтобы получить лицензию юриста-хозяйственника, нужно иметь три года стажа после получения высшего юридического образования. Работать можно в форме ИП или в юрфирме. Чтобы последней получить лицензию, нужно иметь в штате не менее двух юристов со стажем свыше трех лет у каждого.

Для работы адвокатом нужно иметь стаж не менее трех лет, пройти стажировку в адвокатуре и сдать экзамен. После этого есть возможность практиковать в статусе адвоката индивидуально, или в составе адвокатского бюро, или в рамках юридической консультации при коллегии адвокатов.

«Правовые системы России и Белоруссии имеют различия, и с российским образованием проблематично сразу начать практиковать по белорусскому законодательству. Однако небольшой спрос на юристов с российским образованием в юрфирмах Белоруссии все же есть – хотя тут речь идет скорее о сферах, не сильно завязанных на белорусском праве. Например, ценятся юристы с опытом в сделках M&A, ориентирующиеся в английском праве, разбирающиеся в обороте криптовалют (сделки с криптовалютами, ICO), в области международного финансирования (размещение облигационных займов, выпуск депозитарных расписок). При этом надо отметить: в силу того, что эти вопросы не имеют массового характера, спрос на них небольшой. Достаточно системным выглядит лишь спрос на IT-юристов», – сообщил Архипенко. По его словам, основной костяк в белорусских юрфирмах – это выпускники юридического факультета или факультета международных отношений Белорусского государственного университета. Приоритет имеют те, кто получил степень LLM. На уровне старших юристов и партнеров ценится окончание программ МВА.

Зарплаты в белорусских юрфирмах крайне разнятся. «Если мы говорим о юристах-инхаусах, то в среднем они получают от $300 (юристы в госучреждениях или в частном секторе, занимающиеся простыми вопросами) до $3500 (юристы в IT-секторе). Зарплаты свыше $3500 – это единичные случаи. Что касается оплаты в юридических фирмах, можно говорить о примерно такой же вилке: $300–400 (стажер, помощник юриста) до $3000 (старший юрист). Зарплатные партнеры получают $3000–5000. В последнее время наметился рост зарплат», – рассказал Архипенко.

pravo.ru

Адвокат, работа и вакансии

  • Авиамоторная Автозаводская Академическая Александровский сад Алексеевская Алма-Атинская Алтуфьево Андроновка Аннино Арбатская Аэропорт Бабушкинская Багратионовская Балтийская Баррикадная Бауманская Беговая Белокаменная Белорусская Беляево Бибирево Библиотека им. Ленина Битцевский парк Борисово Боровицкая Боровское шоссе Ботанический сад Братиславская Бульвар Адмирала Ушакова Бульвар Дмитрия Донского Бульвар Рокоссовского Бунинская аллея Бутырская Варшавская ВДНХ Верхние котлы Верхние Лихоборы Владыкино Водный стадион Войковская Волгоградский проспект Волжская Волоколамская Воробьёвы горы Выставочная Выхино Говорово Деловой центр Динамо Дмитровская Добрынинская Домодедовская Достоевская Дубровка Жулебино ЗИЛ Зорге Зябликово Измайлово Измайловская Калужская Кантемировская Каховская Каширская Киевская Китай-город Кожуховская Коломенская Комсомольская Коньково Коптево Котельники Красногвардейская Краснопресненская Красносельская Красные ворота Крестьянская застава Кропоткинская Крылатское Крымская Кузнецкий мост Кузьминки Кунцевская Курская Кутузовская Ленинский проспект Лермонтовский проспект Лесопарковая Лихоборы Локомотив Ломоносовский проспект Лубянка Лужники Люблино Марксистская Марьина Роща Марьино Маяковская Медведково Международная Менделеевская Минская Митино Мичуринский проспект Молодёжная Мякинино Нагатинская Нагорная Нахимовский проспект Нижегородская Новогиреево Новокосино Новокузнецкая Новопеределкино Новослободская Новохохловская Новоясеневская Новые Черёмушки Окружная Октябрьская Октябрьское поле Орехово Отрадное Охотный ряд Очаково Павелецкая Панфиловская Парк культуры Парк Победы Партизанская Первомайская Перово Петровский парк Петровско-Разумовская Печатники Пионерская Планерная Площадь Гагарина Площадь Ильича Площадь Революции Полежаевская Полянка Пражская Преображенская пл. Пролетарская Проспект Вернадского Проспект Мира Профсоюзная Пушкинская Пятницкое шоссе Раменки Рассказовка Речной вокзал Рижская Римская Ростокино Румянцево Рязанский проспект Савёловская Саларьево Свиблово Севастопольская Селигерская Семёновская Серпуховская Славянский бульвар Смоленская Сокол Соколиная гора Сокольники Солнцево Спартак Спортивная Сретенский Стрешнево Строгино Студенческая Сухаревская Сходненская Таганская Тверская Театральная Текстильщики Тёплый стан Технопарк Тимирязевская Третьяковская Тропарёво Трубная Тульская Тургеневская Тушинская Угрешская Ул. Академика Янгеля Улица 1905 года Улица Горчакова Улица Скобелевская Улица Старокачаловская Университет Филёвский парк Фили Фонвизинская Фрунзенская Ховрино Хорошёво Хорошёвская Царицыно Цветной бульвар ЦСКА Черкизовская Чертановская Чеховская Чистые пруды Чкаловская Шаболовская Шелепиха Шипиловская Шоссе Энтузиастов Щёлковская Щукинская Электрозаводская Юго-Западная Южная Ясенево Очистить Закрыть

    Долго ищете работу в должности «Адвокат»? Разместите резюме – работа сама найдет Вас!

    www.job-mo.ru

    На что живут адвокаты

    11 мая 2017 в 12:09

    The Village продолжает выяснять, как планируют личный бюджет люди разных профессий. В новом выпуске — адвокат. Адвокат может брать оплату по часам, по месяцам или сразу обозначить клиенту фиксированную сумму, которую нужно заплатить за ведение дела. В арбитражном суде существует и «гонорар успеха», который платится в случае выигранного дела. Адвокат московского бюро рассказала о том, как складывается ее зарплата и на что она тратит деньги.

    Профессия

    Адвокат по уголовным делам

    Зарплата

    120 000 рублей (в среднем)

    10 000 рублей

    2 000 рублей

    8 000 рублей

    20 000 рублей

    5 000 рублей

    68 000 рублей

    Накопления, в том числе на путешествия

    Как стать адвокатом

    Я всегда любила закрученные детективные истории в книгах и фильмах. Видимо, это и вылилось в мою детскую мечту — работать адвокатом и самой участвовать в таких историях. Еще мне нравилась перспектива стать детективом. Но когда я окончила школу, начались колебания из стороны в сторону. Я не знала, куда поступать: на экономический или юридический факультет. Но так как у меня всегда было хорошо с математикой, выбрала все же экономику. Окончила вуз с красным дипломом, поработала в нескольких местах, потом случайно попала на госслужбу. Это было абсолютно не мое: работа скучная, однообразная. При этом интерес к детективам никуда не исчез. Я захотела получить другую специальность, выбрала один из самых известных юридических вузов в Москве и пошла туда на второе высшее.

    Вечерку я бы не потянула физически, потому выбрала группу выходного дня. У нас очень мало лекций. Некоторые преподаватели приходили и прямо говорили: «Я уже много лет читаю этот предмет, мне неинтересно». Мне больше нравились преподаватели-практики, которые рассказывали, как все обстоит на самом деле. В тех людях, которые были со мной в группе, я тоже немного разочаровалась. Я думала, что на второе высшее поступают осознанно, но большинство пришли за корочкой для повышения на работе. При этом это были люди, которые уже ходили по судам и иногда сами пытались учить преподавателей.

    Гражданское и налоговое право всегда казались и кажутся мне безумно скучными. Где-то на втором курсе юридического вуза я поняла, что хочу специализироваться на уголовном праве, и начала подыскивать работу. Отправляла резюме в разные адвокатские образования на позицию помощника, даже звонила по объявлению в Следственный комитет. Как это часто бывает, мне либо не отвечали, либо отказывали из-за отсутствия опыта. Забавно, что сейчас я знакома со многими из тех людей, которые когда-то не хотели брать меня на работу.

    Все это время я оставалась на госслужбе и страдала от бессмысленности работы ради работы. Желание стать адвокатом при этом никуда не ушло. Я заканчивала учиться и приближалась к экзаменам. До этого в моем дипломе были только пятерки, но один госэкзамен из-за волнения я сдала на четыре и лишилась возможности получить красный диплом. Тогда я рыдала в полном смысле слова, а потом набралась смелости, позвонила в компанию, где сейчас работаю, и спросила, нет ли у них вакансий. Так меня позвали на собеседование и взяли стажером адвоката. Говорят, мы что-то теряем, всегда получая что-то взамен.

    Чтобы сдать экзамен на статус адвоката, после получения юридического образования нужно еще два года проработать по специальности. За экзамен нужно заплатить целевой взнос, примерно 6–7 тысяч рублей. Первая часть экзамена — компьютерный тест на знание закона об адвокатской деятельности и профессиональной этики. Это несложно — при условии, что ты уже работаешь и знаешь многие аспекты на практике. Если сдаешь первую часть экзамена, через какое-то время тебя ждет вторая — 500 вопросов по конституционному, гражданскому и уголовному праву. Тянешь билет, в нем четыре вопроса. Экзаменаторы — это адвокаты, представители от органов исполнительной и законодательной власти и судьи, всего 13 человек.

    Как и на всех экзаменах в институте, я пошла отвечать первая, и никаких проблем не было. Если говоришь быстро и уверенно, валить тебя никто не будет. Вместе со мной на экзамен пришли 10–15 человек, и половина сдала. Конечно, намного легче тем, кто недавно окончил вуз: материал еще не забыт, как не забыто и предэкзаменационное стрессовое состояние. После успешной сдачи нужно принести присягу адвоката, и можно начинать работать.

    Особенности работы

    Сейчас мне 30 лет, и я уже четыре года работаю в авторитетном адвокатском бюро. В классических адвокатских образованиях есть практика — молодые адвокаты начинают работу под началом наставника. Мне повезло: у меня прекрасный адвокат-патрон. Он учит меня всему, что знает сам, объясняет многие профессиональные и этические моменты.

    Очень многие считают, что адвокат должен защищать убийц, маньяков, насильников. На самом деле нет. Адвокат имеет право выбора — защищать в уголовном процессе по назначению следствия или суда любое лицо или написать заявление о том, что он отказывается вести такие дела. За отказ нужно платить ежемесячные отчисления — эти деньги идут на оплату адвокатов по назначению.

    Я занимаюсь преступлениями в сфере экономики. Иногда они напоминают математические задачи или ребусы. Если следователь ищет проколы обвиняемого и пытается убедить суд в виновности человека, то я, изучая дела, ищу, какие ошибки были допущены во время следствия, где допущена неправильная трактовка, где приведены слабые доказательства. Как правило, обвиняемые по экономическим статьям — это образованные и весьма неглупые люди. Иногда они сами помогают мне разбираться в тонкостях дела и выстроить линию защиты.

    Следователи, которые расследуют дела в сфере экономики, обычно тоже хорошо образованны. У них есть знания в области бухучета, банковского дела, налогового права. Мои коллеги, которые занимаются гражданскими делами, часто удивляются, как я вообще могу иметь дело со следователями. Известно, что они любят пугать обвиняемых и адвокатов, позволяют себе грубить. Пару раз я с подобным сталкивалась, но во всех конфликтных ситуациях стараюсь вести себя подчеркнуто вежливо. Ты можешь поругаться со следователем, написать на него миллион жалоб и уйти домой с чувством выполненного долга, но твой клиент после этого отправится в СИЗО. С молодым адвокатом, а тем более с девушкой, следователи пытаются вести особую психологическую игру, но у меня уже выработался иммунитет. Часто справиться с давлением следствия помогает патрон.

    Судя по новостям, в том числе и на специализированных юридических порталах, адвокатов и следователей часто ловят при попытке решить что-то в обход закона. Лично у меня даже мысли не возникает так действовать. Скорее напрягают ситуации, когда могут обратиться через знакомых или просто по телефону, когда люди ищут не адвоката-профессионала, а «решалу». Таким клиентам не нужно, чтобы ты боролся в рамках закона, а нужно, чтобы ты знал прокурора или следователя, «имел выходы». Я сразу предупреждаю потенциальных клиентов, что ничем подобным не занимаюсь. Есть те, кто начинает оправдываться — мол, вы меня не так поняли, — но продолжает задавать вопросы в том же русле. Есть те, кто выдает: «С нас же самих деньги вымогают!» При этом я прекрасно их понимаю: даже самое гениальное ходатайство адвоката может получить отказ по формальному признаку. К сожалению, сама система следствия и суда и общее мнение людей о правоохранительных органах заставляют клиента искать не хорошего адвоката, а выходы на нужных людей.

    В суде я тоже выступаю. Первое время, конечно, волновалась. Но чем чаще это делаешь, тем увереннее себя чувствуешь. Есть адвокаты, которые не строят свою речь на скрупулезном разборе дела, они могут взять именно ораторским мастерством. Мне посчастливилось слышать таких людей, и это высший пилотаж.

    Когда работаешь адвокатом, то не только разбираешь хитроумные схемы, изучаешь уголовные дела и выступаешь в суде, но и очень много времени тратишь на то, чтобы куда-то поехать, забрать документы, отстоять очередь в канцелярию, дожидаться заседаний суда. Суд практически никогда не начинается вовремя: хорошо, если начнут через 15 минут, а то иногда задержки составляют два-три часа. Я к ожиданию отношусь нормально, иногда даже в нем есть польза. Например, в очереди в канцелярию могут дать полезный совет, в коридоре суда можно тоже встретить коллег, выпить кофе и поговорить.

    Как адвокат-криминалист я посещаю клиентов в СИЗО. Главная проблема со следственными изоляторами — это попасть туда, причем сталкиваются с ней как адвокаты, так и следователи. Чтобы зайти в изолятор, нужно приехать в пять утра и занять очередь. Хотя где-то ее занимают еще с вечера. Все СИЗО расположены в промзонах, так что занять очередь и пойти в кафе неподалеку не получится. Недавно в «Матросской тишине» сделали замечательную вещь — запустили электронную очередь. Теперь, чтобы попасть в изолятор на следующий день утром, в 21:00 нужно отловить заветное место. Делается это так: на сайте появляются квадратики, на один из которых нужно очень быстро нажать. Мест всего 15, а желающих намного больше. Иногда сайт зависает, иногда заветный квадратик уходит кому-то другому, но все равно это намного лучше, чем стоять в очереди на улице. Не знаю, почему такую систему не введут в других СИЗО.

    На этом очереди не заканчиваются. В СИЗО есть очереди на вход и на выход. Еще можно приехать и пару часов ждать, когда приведут обвиняемого. Иногда, чтобы 20 минут поговорить с клиентом, приходится тратить целый день. Можно и не встретиться с клиентом, если очередь большая или заняты все кабинеты для свиданий. Как и везде, в СИЗО лучше приходится богатым, чем бедным. Обеспеченных людей часто снабжают многими необходимыми вещами, «греют с воли».

    Следствие часто предлагает кому-то одному или даже всем подозреваемым по экономическим статьям сделку и признание. За это обещают домашний арест, подписку о невыезде или залог. Обычно после сделки лица со следствием его выпускают из СИЗО. Если кто-то попал в следственный изолятор, это еще не значит, что дальше его ждет только тюрьма. Человек может быть осужден условно, если возместил ущерб. Условный срок могут дать в первой инстанции, но иногда прокуратура обжалует, и получается реальный срок. Но, подчеркиваю, это относится к делам по экономическим статьям. Многие, кто долго находится в следственных изоляторах, хотят быстрее получить приговор и отправиться в колонию. Условия там могут быть даже проще.

    Выигранным делом в суде считается не только чистое оправдание. Это еще и переквалификация на более мягкую статью, освобождение от отбывания наказания, выплата штрафа или условное наказание вместо реального срока. И этого удается добиться довольно часто. Когда я представляла интересы потерпевших, мне также удавалось обжаловать приговоры и добиться больших сроков для обвиняемых.

    Адвокат заключает с клиентом договор оказания юридической помощи, где обязательно указывается стоимость услуг. Сумму нужно обсуждать до заключения договора. Если клиенту нужна помощь адвоката только во время одного следственного действия, можно договориться об оплате по часам. Помимо этого, бывает оплата за месяц или за весь процесс. В уголовном праве кодекс профессиональной этики запрещает адвокату получать «гонорар успеха» в случае выигранного дела. Но это допускается в гражданском или арбитражном процессе, тогда вознаграждение зависит от цены иска.

    Деньги, которые клиент платит по договору, поступают на счет моего адвокатского образования. Из моих гонораров каждый месяц вычитается примерно 1 600 рублей — это фиксированная сумма, которую адвокат платит за то, чтобы не участвовать в делах по назначению. Бухгалтерия платит за меня ежемесячный налог на доходы физических лиц и, кроме того, рассчитывает отчисления на обязательное медицинское страхование и в пенсионный фонд. Еще из гонорара берутся мои отчисления на текущую деятельность бюро. Это аренда офиса, расходные материалы, зарплата сотрудников — бухгалтеров, секретарей, офис-менеджера. Часто отчисления на текущую деятельность снижают для начинающих адвокатов или коллег, недавно вернувшихся из декретного отпуска.

    Оставшиеся после всех этих выплат и отчислений деньги я получаю в качестве зарплаты, выходит примерно 120 тысяч рублей в месяц. Это при условии, что у меня сейчас не максимальная загрузка.

    Иногда я бесплатно помогаю знакомым в каких-то делах. Есть такая профессиональная шутка: если звонит старый знакомый, который много лет не выходил на связь, сразу спрашивай, какой кодекс брать с собой.

    Большую часть зарплаты я кладу на счет в банке. Предпочитаю большие обстоятельные траты, именно для них нужен этот счет. Я живу с родителями, поэтому освобождена от многих расходов — оплаты съемной квартиры, ежедневной покупки продуктов. Зато могу позволить себе что-то значительное, например поездку в Австралию.

    Не могу сказать, что коплю на что-то конкретное. Иногда меня спрашивают, почему у меня еще нет автомобиля. Если честно, передвигаться на метро мне удобнее. Иногда мне нужно оказаться в пяти разных местах в противоположных концах Москвы за день. На машине такое было бы нереально из-за вечных пробок и проблем с парковкой. Я покупаю единый проездной на 90 дней за 5 тысяч рублей. На такси иногда езжу по утрам в СИЗО, но в хорошую погоду стараюсь больше передвигаться пешком. На транспорт в месяц трачу не больше 2 тысяч рублей.

    Примерно 10 тысяч рублей уходит на еду вне дома. Это кафе, рестораны, обеды в течение рабочего дня. Сюда же входят 3,5 тысячи рублей, которые мы сдаем на чай, кофе и печенье в офисе. Продукты домой я покупаю не так часто, в месяц уходит порядка 5–10 тысяч рублей.

    Я покупаю годовой абонемент в фитнес-клуб — получается, что каждый месяц на фитнес я трачу 2 тысячи рублей. Еще 8 тысяч уходит на массаж, посещения косметолога и косметику.

    На одежду и обувь в месяц могу потратить 20–30 тысяч рублей, а могу не потратить ничего. Опять же, работа накладывает свой отпечаток. Я много передвигаюсь пешком — так уже не побегаешь на шпильках. Как бы я ни любила красивые вещи, моя рабочая униформа — джинсы, поло, свитер, а в дни судебных заседаний — брюки, рубашка и пиджак. Обычно ношу кеды, балетки или ботинки на низком каблуке. Опыт обучения в аспирантуре навсегда отучил меня от понтов. Доктора наук и профессора одеваются очень просто, у них совсем другая система координат. Для меня они на несколько ступенек выше тех, кто много зарабатывает и кичится этим с помощью дорогих вещей.

    Я предпочитаю проверенные бренды — Ralph Lauren, Tod’s, Burberry, Max Mara, обувь Gucci. Лучше куплю несколько хороших вещей, чем много дешевых и некачественных. При этом в Москве уже давно ничего не беру, почти все заказываю в онлайн-магазинах. Даже с учетом платной доставки и курса рубля часто выходит выгоднее, чем покупать здесь. Еще покупаю одежду во время путешествий.

    На развлечения в месяц трачу около 5 тысяч рублей. Сюда входят билеты в театры, на выставки, покупка книг. Я люблю оперу и балет, но билеты в Большой по 15 тысяч рублей — это слишком дорого. Могу позволить себе такой билет, но считаю это необоснованной переплатой. Не могу сказать, что посещаю все выставки, могу пойти только на что-то значимое. Мне интереснее сходить в любимый Пушкинский музей на импрессионистов или в музеи Кремля. Там не бывает таких очередей, как на разрекламированных выставках. Книги беру недорогие, в формате «покетбук». Их легче носить с собой. Все так же люблю качественные детективы.

    Деньги, отложенные на счету, я трачу на поездки — лучшее антистрессовое средство при моей работе. Путешествую я три-четыре раза в год. Из последнего была в США, Юго-Восточной Азии, на Кубе и в Италии. Моя работа, безусловно, изматывает психологически. Можно не отдавать себе в этом отчет, но вокруг изо дня в день все равно будут решетки, охрана, собаки, наручники. Помню свой первый процесс — он был невероятно долгим и сложным. Под конец мне даже снилось, что я сама попала за решетку. От такого отлично спасают поездки в красивые места. На это тратится довольно много денег. Я не могу по-студенчески ездить с рюкзаком и останавливаться в хостелах — все-таки мне нужен комфорт. При этом я не говорю, что готова жить только в пятизвездочных отелях с деликатесами на завтрак. Иногда и простая «трешка», где на ресепшене работает сам хозяин, уютнее люксового отеля.

    www.the-village.ru

  • Закрыть меню