Переселение на южный урал

Содержание:

Политика советского правительства и переселение украинцев на Южный Урал в 30-х гг. Xx в Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Молощенков Антон Николаевич

Раскрывается влияние политики советского правительства на переселение украинцев на Южный Урал в 30-х гг. XX в. Дается характеристика плановой политики переселения, сформировавшейся в 20-е гг. XX в. Характеризуется влияние коллективизации и раскулачивания на движение населения из Украины. Раскрываются тенденции переселенческой политики накануне Второй мировой войны.

Похожие темы научных работ по истории и историческим наукам , автор научной работы — Молощенков Антон Николаевич,

The article reveals the impact of policies of the Soviet government for resettlement of Ukrainians in the South Urals in the 30-ies of XX century. The author draws attention primarily on the premise of the resettlement movement, which were formed in 20-ies and already implemented in the 30-ies. In this context underlines the importance of a planned approach to the organization of the resettlement case. The role of the Ukrainian population in these processes is shown in this article too. Relocation of the Ukrainian population in the 30-ies the author examines in relation to such things as collectivization and dispossession that ad a significant impact on the life of all residents. However, xcept traditional, including forced relocations, natural migration during this period is analyzed here too. Also tendencies of the resettlement policy before the World War II are revealed here.

Текст научной работы на тему «Политика советского правительства и переселение украинцев на Южный Урал в 30-х гг. Xx в»

2011 История №3(15)

ПОЛИТИКА СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА И ПЕРЕСЕЛЕНИЕ УКРАИНЦЕВ НА ЮЖНЫЙ УРАЛ В 30-х гг. ХХ ВЕКА

Ключевые слова: украинцы, плановое и самовольное переселение, коллективизация.

После окончательного установления советской власти по окончании Гражданской войны на всей территории Советского государства произошли значительные перемены в общественной и политической жизни. Большевистское правительство иначе оценивало все общественное устройство и по-новому подходило к определению дальнейших путей развития государства. Старые методы по формированию населения в тех или иных районах, а также перераспределению этого населения не могли использоваться в новых условиях, поэтому власти искали другие механизмы.

Переселение в рамках нового подхода к организации сельского хозяйства, а именно коллективизации, представлялось как один из важных факторов. При этом эффект от его реализации рассматривался в двух направлениях. С одной стороны, устройство переселенцев в необжитых и слабообжитых районах давало возможность ввести в хозяйственный оборот миллионы гектаров земли, с другой, позволяло уменьшить напряженность в аграрно перенаселенных регионах. Переселенческое дело предполагалось вести на основе плановых начал и коллективизации по отношению к переселяющимся хозяйствам [1. Л. 1]. В условиях плановой экономики существовала необходимость планового подхода и к переселенческому делу. Главной задачей политики переселения являлось освоение малонаселенных районов СССР, имевших большое хозяйственное или политическое значение. Был выделен ряд территорий, которые предполагалось заселить, — это Дальний Восток, Сибирь, Урал, Черноморье и часть Крыма, а также районы Закавказья [2. Л. 2].

Плановое переселение было впервые введено в Поволжье в 1924-1925 гг. Первым документом, устанавливавшим цели и задачи советского переселения, было Постановление Совета Труда и Обороны от 17 октября 1924 года. В этом поста-

новлении основной задачей признавалось вовлечение в хозяйственный оборот необжитых земель с целью увеличения сельскохозяйственной и промышленной продукции страны путем рационального расселения и эксплуатации естественных богатств колонизируемых районов [3. Л. 2-2об.].

Переселенческие организации в советское время были созданы после появления стихийного миграционного движения с территорий Украины, Белоруссии и средних губерний РСФСР. Районные Переселенческие управления сформировались в 1926 г. Они начали свою деятельность в крайне тяжелых условиях и были поставлены перед необходимостью производить одновременно работы по подготовке земельных фондов для переселенцев и по устройству уже прибывших в районы заселения ходоков и переселенцев [3. Л. 2об.]. Усиление плановых начал в процессе регулирования передвижения населения и налаживание деятельности сопутствующих структур способствовали снижению числа самовольных движений. К примеру, в 1925-1926 гг. число самовольных переселенцев ко всем переселенцам составляло 54 %, в 1926-1927 гг. — 36 %, а в 1927-1928 гг. снизилось до 33 % [3. Л. 3]. Следовательно, государство постепенно устанавливало контроль над этим процессом.

Среди самовольных переселенцев в большей степени наблюдались домохозяйства, наиболее нуждавшиеся в переселении. Украинцы покидали самовольно свои земли по причине отсутствия нарядов на переселение со стороны властей [4. Л. 51]. Поскольку существовало самовольное передвижение, то полностью власти регулировать его не могли. Так, несмотря на существовавший запрет на переселение в Казахстан, в его пределы в этот период шла усиленная миграция, составлявшая примерно 10 тыс. человек в год, из УССР, РСФСР и других районов Союза [3. Л. 3]. Это происходило потому, что внутриреспубликанский

земельный фонд, в частности на Украине, к тому моменту был использован почти полностью. По-прежнему серьезной проблемой для правительства оставалось обратное движение переселенцев, обусловленное как плохой подготовкой фонда для переселенцев, происходившее из-за недостаточности финансирования этих мероприятий, так и слабой обеспеченности самих переселенцев [3. Л. 7].

Семьи, готовые переезжать на новые места жительства, предполагалось наделять лучшими землями по природным условиям — почвенным, растительным, водообеспеченности, поскольку ожидалось, что заселяемые районы решат задачу быстрого развертывания крупного товарного сельского хозяйства [5. Л. 89]. Кроме того, важной установкой в деле коллективизации переселенческих хозяйств являлось формирование колхозов, которые не только удовлетворяли требованиям развития крупного товарного хозяйства, но и создавали условия для приживаемости переселенцев на новых местах [5. Л. 64]. Вместе с тем для них предусматривались и ссуды, преследующие цели успешного переезда и обустройства. При этом переселяющимся на Урал и Поволжье для индивидуальных хозяйств ссуды составляли 330, а для коллективных — 400 рублей [3. Л. 25].

Правительство ориентировалось, прежде всего, на беднейшие слои населения, надеясь, что бедняцкие и батрацкие элементы будут заинтересованы в объединении в коммуны и артели, как будущей основы сельского хозяйства СССР, а не в товарищества совместной обработки земли [5. Л. 63-64]. В процентном соотношении распределение между социальными слоями, участвовавшими в переселении, выражалось следующим образом: 60 % — бедняки, 30 % — середняки и не более 10 % — состоятельные хозяйства [3. Л. 85].

Можно предположить, что для украинского населения южноуральского региона процесс объединения в совместные хозяйства происходил легче, чем для других национальностей. На это указывает и В.Я. Бабенко, говоря о том, что для украинцев коллективизация в Башкирии проходила менее болезненно, чем в других регионах страны, объясняя данный факт присущей украинским и башкирским земледельцам общинной формой ведения сельского хозяйства [6. С. 15]. Отчасти это подтверждается цифрами. Например, в Украинском сельском совете Оренбуржья больший процент вступивших в колхозы в 1930 г. отмечался именно в селах с украинским населением: 1-я Украинка — 83 % от общего числа хозяйств, 2-я Украинка — 70 %, Новопавлоград — 68 %, а в селах по преимуществу с русскими жителями — меньшее

число: Григорьевка — 20 %, Бузулук — 30 % [7. Л. 102]. В.П. Мотревич в своих исследованиях отмечает, что увеличение числа колхозных дворов на Урале за годы третьей пятилетки связано со вступлением в артели единоличников, а также с размещением переселенцев [8. С. 38-39], среди которых значительную часть составляли именно украинцы.

Коллективизационные мероприятия осуществлялись совместно с процессом раскулачивания, затронувшим значительные массы людей всей страны. Раскулачивание по типу перемещения людей было нескольких видов — это выселение, вселение и расселение с территории региона. Украинцы, как и другие национальности Советского Союза, подверглись этим перемещениям, что отражалось на жизни и самочувствии населения края.

В первую очередь это касалось индивидуальных хозяйств, успешно осуществлявших свою деятельность. Между тем к подобным земледельцам могли относиться не только кулацкие семьи, но и середняки. К примеру, в Украинском сельском совете первых было около 5 %. Среднестатистическое хозяйство имело до 10 рабочих лошадей, 10-15 голов крупного рогатого скота, до 30 голов овец, от 20 до 30 га пахотный земли, до 100 га сенокосов и, зачастую, батраков для обработки земель. Середняцких хозяйств насчитывали до 65 %, в среднем имевших по 2 лошади, 2-3 головы крупного рогатого скота, 5 — 10 голов овец и от 7 до 10 га посевных площадей [7. Л. 88]. Поскольку под раскулачивание попадали семьи, обладавшие в среднем от 19 до 40 десятин земли, от 4 до 6 голов лошадей, от 12 до 30 голов мелкого рогатого скота, а также имевшие сезонных рабочих [9], то под репрессии могла попасть значительная часть украинского крестьянского населения Южного Урала. На территории Украинской ССР наблюдался массовый процесс раскулачивания, сопровождавшийся выселением населения в малоосвоенные районы СССР. Например, в 1930 г. на Украине заключению в концлагеря подлежало до 15 тыс., а высылке — от 30 до 35 тыс. человек. В свою очередь, на территорию Урала и Казахстана предполагалось выселить по 20-25 тыс. семейств [10. С. 72]. Безусловно, не все из них являлись украинцами, но можно предположить, что большая часть. Возможно, некоторая доля украинцев, высланных из родных мест, оказалась на территории Южного Урала.

Жизнь высланных людей на новых местах складывалась тяжело. В переписке по Управлению делами Совнаркома СССР от 1930 г. отмечалось:

Политика советского правительства и переселение украинцев на Южный Урал в 30-х гг. XX в.

«Несмотря на ряд принятых соответствующими органами решений, вопрос со снабжением кулацких переселенцев продовольствием и жизненно необходимыми промышленными товарами практически осуществляется весьма неудовлетворительно» [11. Л. 78]. И в 1931 г. продолжалось «безобразное использование рабочей силы спец-переселенцев и беспорядок в их содержании» [10. С. 305], что заставляло руководство страны принимать различные меры. В конце 30-х гг. сохраняется неплановое переселение на Южный Урал. Так, в 1939 г. около 307 хозяйств из Полтавской и Горьковской областей прибыло в колхозы Челябинской области. Однако не все из них остались, по разным причинам область покинуло 32 хозяйства [12. Л. 30].

В связи со сложной международной обстановкой и вероятностью начала войны из западных районов государства началось более активное переселение населения, в том числе и неблагонадежных элементов. Например, в 1939 г. из областей Западной Украины и Западной Белоруссии, а также Бессарабии в Челябинскую область прибыло около 4,5 тыс. человек разных национальностей, в том числе украинцы, среди которых были офицеры бывшей польской армии, торговцы, бывшие фабриканты и другие [13. Л. 71-72]. А в Оренбургской области с бывших территорий Польши и западных областей Украины и Белоруссии — около 1,5 тыс. человек, при этом ожидалось прибытие еще около 200 семей [14. Л. 1-3]. Отметим, что численность украинцев на Южном Урале между переписями населения 1926 и 1939 гг. значительно увеличилась. Так, в Башкирии — с 76710 до 92289 чел., Оренбуржье — с 112108 до 152146, а в Челябинской области — с 27063 до 82846 человек [15].

Возможно, что увеличение числа украинцев связано с голодом, который наблюдался в стране в начале 30-х гг. и наиболее тяжело отразился на Украине и Поволжье. Но, учитывая высокую

смертность и сложное положение во всем государстве, нельзя утверждать, что переселение из-за голода является основной причиной. Напротив, проанализированные в статье факты свидетельствуют, что плановое переселение, в том числе и принудительное, играло определяющую роль в изменении места жительства украинцев в этот период.

Таким образом, плановая политика государства, коллективизация, раскулачивание, тяжелые социально-экономические условия повлияли на переселение украинцев на Южный Урал в 30-х гг. XX в. По разным причинам и различным обстоятельствам украинцы приехали на новое место, привнесли свой вклад в развитие региона и оставили свой след в его истории.

1. Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 5675. Оп. 1. Д. 9.

2. РГАЭ. Ф. 5675. Оп. 1. Д. 4.

3. РГАЭ. Ф. 5675. Оп. 1. Д. 7.

4. РГАЭ. Ф. 5675. Оп. 1. Д. 2.

5. РГАЭ. Ф. 5675. Оп. 1. Д. 27.

6. Бабенко В.Я., БарановаН.А. Украинские переселенцы в Башкирии: XVII — первая четверть XX вв. (этнодемографиче-ская характеристика) // Развитие социально-экономического сотрудничества Башкортостана и Украины: матер. междунар. науч.-практ. конф. Уфа, 2003. С. 6-16.

7. Центр документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО). Ф. 6002. Оп. 1. Д. 402.

8. Мотревич В.П. Колхозы Урала в годы Великой Отечественной войны. Свердловск, 1990. 196 с.

9. ЦДНИОО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 173 а. Л. 4-15.

10. Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: в 2 кн. Кн. 1. / отв. ред. Н.Н. Покровский. М., 2005. 912 с.

11. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-5446. Оп. 17. Д. 166.

12. Объединенный государственный архив Челябинской области (ОГАЧО). Ф. 288. Оп. 3. Д. 722.

13. ОГАЧО. Ф. 288. Оп. 3. Д. 497.

14. ЦДНИОО. Ф. 371. Оп. 4. Д. 403.

15. Всесоюзная перепись населения 1926 г.; Всесоюзная перепись населения СССР 1939 г. Подсчет.

cyberleninka.ru

Южный Урал качественно и в срок выполнил поручение Президента России Владимира Путина

Альфия Закирова с мужем и сыном перебрались в Челябинск из поселка Тимирязевский, что в Чебаркульском районе.

— Переехали мы потому, что наш восьмиквартирный дом — ветхо-аварийный, — объясняет женщина. — В последнее время почти на цыпочках ходили: боялись, пол провалится. Дали нам двухкомнатную квартиры площадью 57 кв. метра. А прежняя была 53 кв. метра. Мы переезда ждали шесть лет. А теперь от радости дух захватывает: И квартира хорошая, и вид на озеро, и сквер чудесный. Ходи после работы, гуляй, отдыхай.

Закировы — одни из 331 семьи, переселенной из ветхо-аварийного жилья 8 районов области в новый ЖК «Смолинский», что на ул. Новороссийской. Строители не только возвели два 10-этажных дома на месте пустыря, но и обустроили двор, набережную и парк. А рядом — вся нужная инфраструктура: детсады, школа, поликлиника, удобные транспортные пути.

ЦИФРА

На днях регион поставил точку в программе расселения граждан из ветхо-аварийного жилья, признанного таковым на 1.01.2012. Триста с лишним семей получили ключи от новых квартир в ЖК «Смолинский». Власти области в срок выполнили поручение Президента России Владимира Путина — завершить программу до 1.09.2017. Всего по области на момент принятия программы насчитывалось 687 ветхих домов (191 тыс. кВ. м), в которых проживали свыше 12 тысяч человек.

Впервые в России в нашей области вовремя отработан принцип централизованного переселения: жители отдаленных территорий — разумеется, по желанию — переезжали в областной центр. Тем, кто не захотел покидать родные места, жилье приобреталось в территории.

Программы финансировалась из трех источников: федерального, областного и местного бюджетов.

На торжественную церемонию вручения ключей от квартир в ЖК «Смолинский» в Челябинск прибыл председатель Наблюдательного совета Федерального фонда содействия реформированию ЖКХ Сергей Степашин . Ровно год назад он уже посещал Челябинск с той же миссией — вручал ключи новоселам по программе переселения в новые квартиры на ул. Набережной.

В этот раз московского гостя привезли не во двор нового ЖК, а к парку. Степашин прошелся по мощеным дорожкам, полюбовался на озеро, поговорил с местными жителями.

«ТОНКИЕ НАСТРОЙКИ»

Открыл церемонию вручения ключей губернатор Борис Дубровский:

— Добрый день, дорогие земляки! Это действительно большой праздник более чем для 300 семей из разных уголков области. Мы успешно завершаем программу переселения из ветхо-аварийного жилья, программу, выполнение которой поручил регионам Президент России. Остались так называемые тонкие настройки: оформление документов, вручение ключей от квартир, переезд. Чтобы подарить финальный праздник, мы сделали последнюю стройку чуть «избыточной», построив набережную и сквер. И качественное жилье, и уютный двор, и набережная с парком — это «точка роста», это то, что мы и должны делать друг для друга.

Степашин поблагодарил губернатора за высокое качество профессионального мастерства строительных компаний, работавших по программе, и кропотливую работу региональных властей. Выполнить все в срок, не на йоту не снизив уровня работы, — принципиальный момент.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Сергей СТЕПАШИН:

— Через две-три недели у нас появится миллионный житель страны, переехавший в новую квартиру из жилья, в котором жить опасно. Челябинская область была первопроходцем в этой программе, она начиналась на Южном Урале в 2008 г. И сегодня я благодарю всех, ведь Челябинская область точно в срок завершает президентскую программу.

«ГОРОДСКАЯ СРЕДА» КАК ОНА ЕСТЬ

Отдельно Степашин остановился на качестве сдаваемого жилья. По долгу службы, возглавляя Наблюдательный совет Фонда содействия реформированию ЖКХ, он проехал почти всю страну, инспектирую ход реализации президентской программы. И не во всех регионах аспект качества, увы, принципиален для властей и строительных компаний. Президент Владимир Путин даже применяет термин «новое аварийное жилье». Почему? Да потому, что вновь построенные дома начинают разрушаться: протекают стены и потолки, не в порядке бывают фундаменты и инженерные коммуникации. Нет сопутствующей инфраструктуры — дворов, дорог, транспорта.

— А ведь если люди намучались в бараках, то переехать они должны в благоустроенное жилье. И вокруг чтобы было как у вас, в Челябинске, в ЖК «Смолинский», — с двором, дорогами, парком. Это и есть та самая городская среда, о которой в последнее время так много говорят. Вот она, городская среда, у вас в Челябинске, — пояснил Степашин.

РАБОТЫ НЕ УБАВИТСЯ

Во время торжественной церемонии вручения ключей Сергей Степашин объявил, что федеральная программы по расселению ветхо-аварийного жилья в стране будет продолжена. Потому что только в Челябинской области после 1.01.2012 к таковому относится не менее 200 тыс. кв. метров. Столько же, сколько уже расселено. Жилье стареет, и государство эту тему бросать не собирается. И мы уверены, что Челябинская область и далее будет строго следовать графикам и программам. А по стране в целом в переселении нуждается еще один миллион человек.

Принцип централизованного переселения, применяемый в Челябинской области, комплексная застройка и соотношение цена — качество — вот преимущества Южного Урала, которые, по мнению Степашина, нужно распространять на страну. Цена квадратного метра нового благоустроенного жилья, возведенного в миллионном городе по программе расселения, 29 тыс. руб. — самая доступная в России.

Учитывая опыт участия Южного Урала и других регионов в федеральной программе, Степашин подчеркнул: главное — чтобы федеральные надзорные ведомства не мешали процессу.

— Как только начинается хорошее дело, налетает куча проверяющих, и начинают указывать: это не так, здесь не то, это не соответствует. А вы поговорите с жителями — кто, как не они, даст самую строгую и объективную оценку, а уж потом выводы делайте, — сказал председатель Наблюдательного совета Фонда содействия реформированию ЖКХ.

ОПЫТ ВНЕДРИТЬ ПО ВСЕЙ СТРАНЕ

А что страна, справляется с президентским поручением? Увы, 10 регионов не укладываются в отведенные сроки окончания — 1 сентября 2017 г. Не справляются, к примеру, с программой Тыва , Карелия , Саратовская область, Амурская область, Забайкальский край, Свердловская область. А ведь это единственная федеральная программа, по которой не было срывов федерального финансирования. Два губернатора лишились своих постов. Начало программы, говорит Степашин, было тяжелым: чиновники на местах не понимали существующей проблемы, не осознавали ответственности за выполнение программы. А уж если в регионе нет развитого строительного комплекса, то пиши «пропало»: нужное дело провалят. А сворачивать программу нельзя: об этом уже заявил президент Владимир Путин.

Губернатор Борис Дубровский сообщил, что на продолжение программы региону потребуется не менее 10 млрд руб. Потянуть финансово такой объем даже промышленно развитая Челябинская область не в состоянии: в лучшем случае, удастся выделять по 800 млн руб в год. Потому нужна помощь федерального центра: тогда не будет проволочек в реализации, люди получат долгожданное жилье и положительные эмоции, а не разочарование.

Кстати, по словам губернатора Бориса Дубровского, регион продолжит программу расселения в любом случае. 450 млн руб. на эти цели закладывается на 2018 год: сейчас как раз идет работа над проектом бюджета.

Сергей Степашин поручил главе Южного Урала составить аналитическую записку с предложениями по реализации программы. К лету будущего года алгоритм ее работы должен быть выработан. С учетом положительного опыта Челябинской области и его распространением по всей стране.

m.chel.kp.ru

Правда УрФО

Алекперов стал беднее на 4 млрд

«Дочки» «Россетей» пошли на торги с ФСБ

«Газпром» скрыл проект выбросов в Тюмени

Кобылкин оставил сотни трупов в ЯНАО

Южный Урал вошел в топ-5 регионов по переселению граждан из ветхого жилья

Президентская программа в Челябинской области будет продолжена

Челябинская область вошла в пятерку наиболее успешных регионов по реализации президентской программы переселения граждан из аварийного жилья, признанного таковым до 1 января 2012 года. Об этом сегодня, 28 июля, на совещании в правительстве региона заявил председатель федерального Фонда содействия реформированию ЖКХ Сергей Степашин.

Как передает корреспондент «Правды УрФО», по словам спикера, строительные работы на Южном Урале полностью завершены, и на сегодняшний день остается решить вопросы, связанные с оформлением документов. Всего за 5 лет, с 2013 по 2017 годы, властям удалось расселить порядка 191 тыс. квадратных метров жилья, где проживало больше 12 тыс. человек. В общей сложности на реализацию президентской программы направлено 6,23 млрд рублей.

Как заявил Степашин, по решению главы государства Владимира Путина программа в регионе будет продолжена.

«В Челябинской области сегодня выявлено больше 240 тысяч квадратных метров аварийного жилья. Сейчас перед нами стоит вопрос, как изыскать средства для того, чтобы она была качественно реализована», – отметил гость Южного Урала.

Губернатор Челябинской области Борис Дубровский в ходе совещания сообщил, что в случае получения федерального софинансирования выполнить такой объем работ удастся за срок от 4 до 5 лет. Если же этого не произойдет, регион будет реализовывать программу самостоятельно порядка 10 лет, ежегодно выделяя из областного бюджета около 1 млрд рублей.

К сентябрю южноуральские власти должны будут подготовить конкретные предложения в Фонд содействия реформированию ЖКХ, чтобы впоследствии представить данные президенту на декабрьском Госсовете.

Напомним, ранее стало известно о том, что в ряде муниципалитетов возникли проблемы с переселением южноуральцев из аварийного жилья, однако региональный Минстрой выразил уверенность, что программа будет реализована в срок. В случае ее невыполнения Дубровский пообещал чиновникам скорые отставки.

pravdaurfo.ru

Переселение украинцев на Южный Урал и проблемы их этнокультурного развития тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Молощенков, Антон Николаевич

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Молощенков, Антон Николаевич

Глава 1 Переселение малороссов на Южный Урал с середины XVIII в. до конца XIX века.

1.1 Начальный этап освоения малороссами территорий Южного Урала.

1.2 Колонизационные процессы в XIX в. и их причины.

Глава 2 Украинские переселенцы с начала XX в. до конца 1980-х годов.

2.1 Переселение украинцев на Южный Урал в первой четверти XX века.

2.2 Миграционные процессы в южно-уральском регионе в советский период.

Глава 3 Этнокультурное развитие украинцев в постсоветский период на территории Южного Урала .

3.1 Формирование этнокультурной политики на Южном Урале .

3.2 Проблемы этнокультурного развития в постсоветский период.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему «Переселение украинцев на Южный Урал и проблемы их этнокультурного развития»

Актуальность исследования. Исторически сложилось так, что на территории Южного Урала в процессе многовекового совместного проживания и взаимодействия различных этнических общностей между славянскими, тюркскими, финно-угорскими народами определялись традиции взаимопонимания и уважения, межнационального общения и веротерпимости. На современный национальный состав населения южноуральского региона повлияло его начавшееся освоение территории крестьянами , помещиками и служилым людом с одной стороны и непосредственное территориальное соседство региона с районами традиционного проживания тюркоязычного населения — татар, башкир, казахов — с другой стороны.

Необходимость проанализировать процессы, которые способствовали формированию региона, продиктована интересом изучения самостоятельности и уникальности многонационального края. Обязательным остается и учет этнокультурного компонента каждой из национальностей, населяющих край и оказывающих влияние на развитие региона в целом.

После распада СССР среди народов России был заметен процесс возрождения национального самосознания, который проявлялся в усилении желания изучить этническую историю, духовные традиции, познать язык отдельных этнических общностей, проживающих на территории страны. Южный Урал — один из наиболее многонациональных регионов. На его территории проживает более ста представителей этнических групп и поликонфессиональных регионов России. Среди наиболее крупных этнических общностей, составляющих число народов региона, заметное место — более двух процентов от общей численности — занимают украинцы .

Украинцы — это самоназвание. Основой этнонима (первоначально он относился к юго-восточным группам народа, их называли также « козаки », козацкий народ») стал термин « краина », т.е. страна. Этот термин закрепился в официальных документах к XVIII веку. Восходит он, по некоторым данным, к названию « Украина », т.е. «край», употреблявшемуся для обозначения южной и юго-западной частей древнерусских земель в ХП-ХШ веках. Известно, что в ХУ1-ХУ11 вв. в официальных документах России украинцев часто называли черкасами, позже, до начала XX в., малороссиянами , малороссами, южноруссами1. С конца XIX в. большее распространение получают названия « Украина », « украинский », « украинцы », которые вытеснили все иные2.

Украинцы являются частью общеславянского колонизационного потока, начавшего освоение южно-уральских степей еще в XVIII в. в отрядах казаков, а затем и продолжившие переселение в более поздние периоды истории в составе крестьянского населения. Миграция украинцев на Южный Урал была обусловлена различными факторами и историческими процессами, в результате чего сложились особые взаимоотношения как внутри этноса, так и с представителями других национальностей. В условиях дисперсного расселения украинцев на территории Южного Урала, активных ассимиляционных и интегративных процессов происходит изменение этнического своеобразия, девальвация национального самосознания народа. Все это обуславливает необходимость изучения этих проблем.

Анализ обозначенных процессов является актуальным, поскольку без учета исторических закономерностей, повлиявших на переселение и поселение украинцев на территории края, невозможно понимание ни современного положения этой этнической группы в регионе в частности и в стране в целом, ни выстраивание сотрудничества России и Украины как приоритетного направления внешней политики государства. В современных условиях, когда политические силы стремятся разъединить братские народы, лишь объективное освещение исторических реалий, подтверждающих

1 Зобов Ю.С. Украинцы // Этнокультурная мозаика Оренбуржья. — Оренбург, 1999. — С. 55.

2 Украинцы / отв. ред. Н С. Полшцук, А.П. Пономарев . — М., 2000. — С. 20. единство и неразделимость двух этносов, может способствовать сближению и поддержанию дружеских отношений.

Степень научной разработанности проблемы. Изучение рассматриваемой темы имеет давние традиции в отечественной историографии . В этой связи можно выделить три этапа в изучении вопроса переселения украинцев: дореволюционный, советский и постсоветский.

Характерной особенностью исследований в дореволюционный период является их практическая направленность и освещение изучаемых явлений непосредственными свидетелями или участниками этих процессов. Следует также отметить, что в этот период исследователи обращали внимание на вопросы переселения и изменения численности населения на тех или иных территориях. Так, в своей работе 1857 г. И. Дебу не только охарактеризовал народонаселение Оренбургской губернии в середине XIX в., но и определил места выхода переселенцев , поселившихся в крае. Вместе с тем, он описал основные населенные пункты, имевшиеся к тому времени, с учетом аспекта их формирования и, что наиболее важно для нашего исследования, с указанием числа поселившихся и их национальной принадлежности. Кроме I того, И. Дебу указал важные причины, отрицательно влиявшие на развитии края и. жизни людей в нем, среди них он выделил пожары, эпидемии, неурожаи и наличие соседних народов, совершавших набеги на территорию страны1.

Причины увеличения населения в Оренбургской губернии середины XIX в. анализируются в работе В.М. Черемшанского , характеризуются им и места выхода переселенцев2.

Основными исследователями XIX в., которые в своих работах уделяли внимание изучению жизни, быта малороссов Оренбургской губернии и

1 Дебу И. Топографическое и статистическое описание Оренбургской губернии в нынешнем ея состоянии. -М., 1857.

2 Черемшанский В.М. Описание Оренбургской губернии в хозяйственно-статистическом, этнографическом и промышленном отношениях. — Уфа, 1859. украинцев, составлявших Оренбургское казачество , являлись П.С. Ефименко, Г.И. Перетяткович , В.Н. Витевский.

Особый интерес представляет очерк П.С. Ефименко , в котором автором, помимо жизни и занятий украинских переселенцев Троицкого уезда Оренбургской губернии, перечисляются украинские поселения тех мест1.

Наиболее полным и содержательным в, историческом плане произведением, описывающим процесс миграции интересующей нас этнической группы, можно считать статью Г.И. Перетятковича « Малороссияне в Оренбургском крае при начале его заселения », появившуюся в печати в 1888 году. В ней автором на основе детального изучения и анализа архивных источников подробно описываются причины и ход переселенческих движений малороссов. При этом большое внимание уделяется той исторической обстановке, которая определила данные процессы: начавшееся переселение русских на свободные земли, борьба с местным населением и подчинение его правительству России, укрепление границ государства и т.д. Отдельно исследователь останавливается на тех трудностях, с которыми сталкивались переселенцы с Украины по мере продвижения к месту назначения (на примере двух групп, отправившихся в уральские земли в 1741 г.), так и непосредственно по месту проживания на новых территориях. Кроме того, Г.И. Перетяткович делает вполне определенные выводы о первых попытках правительства провести подобную политику переселения украинцев и роли последних в освоении обширных территорий Южного Урала .

В плане анализируемой проблемы интерес вызывает и статья К.Е. Сувчинского в « Материалах по статистике Оренбургской губернии » в 1889 г., в которой автором характеризуется не только количественный состав

1 Ефименко П.С. О малороссиянах в Оренбургской губернии // Основа — 1861. — № 9.

2 Перетяткович Г.И. Малороссияне в Оренбургском крае при начале его заселения. — Одесса , 1888. переселенцев, но и определяются способы и описываются места их расселения1.

Исследователь В.Н. Витевский в работе «И.И. Неплюев и I

Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 г.», описывает историю переселения Черкасс в Оренбургскую губернию в середине XVIII века. Автором выявляются и анализируются правительственные меры по привлечению желающих к переселению из Малороссии на свободные земли в период с 1739 по 1743 годов. Кроме этого, В.Н. Витевский выделяет трудности, возникшие у переселившихся людей по прибытии к месту их назначения2.

Следует отметить, что дореволюционные исследователи не всегда выделяли малороссиян в отдельную этническую группу при описании тех или иных процессов. Ученые включали их в единый на тот момент этнос -« русские ». Так, например, К. Белавин в своей работе 1891 г., описывая национальный состав Оренбурга по данным 1875 и 1890 гг., не указывает на наличие в нем малороссиян, выделяя из славянских национальностей лишь 1 русских и поляков3.

Среди работ, посвященных изучению процессов переселения в конце XIX начале XX вв., особое место занимают публикации чиновника Переселенческого управления A.A. Кауфмана, описавшего заселение казенных земель Самарской, Уфимской и Оренбургской губерний , I указавшего причины и реалии передвижения населения в указанный период4.

В рамках изучения истории государства в начале XX в. историки обращались и к вопросам переселения в более ранние периоды. Так, Ю.В. Готье в 1908 г. опубликовал работу «Из истории передвижений

1 Переселенцы в Оренбургской губернии (Заметка действ, члена К.Е. Сувчинскаго) // Материалы по статистике Оренбургской губернии. — Оренбург:, 1889.

2 Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 г.: Историческая монография: Т. 1,-Казань, 1897.

3 Белавин К. Оренбург. Географическо-статистический очерк. — Оренбург, 1891.

4 Кауфман A.A. К вопросу о заселении казенных земель Самарской, Уфимской и Оренбургской губерний. -СПб., 1904. — Ч. 3; Его же. К вопросу о причинах и вероятной будущности русских переселений . — М., 1898; Его же. Переселение. Мечты и действительность. — М., 1906; Его же. Переселение и колонизация . — СПб., 1905. населения в XVIII веке», в которой охарактеризовал процесс «вольной колонизации » в Оренбургскую губернию, в том числе с учетом политики государства и мест выхода переселенцев1. I

И. Ямзин в исследовании «Переселенческое движение в России с момента освобождения крестьян » на основе изученных им фактов и статистических данных постарался раскрыть причины, последствия и перспективы этого явления для России. Он доказал, что переселение крестьян на новые места жительства не являются для государства эффективным развитием землепользования, поскольку проблема не в малом количестве земли, а в нерациональном ее использовании2.

В целом, дореволюционные исследования отличают заинтересованность авторов в изучении переселенческих процессов и выявлении в них роли малороссийских переселенцев. Ученые отмечали способность малороссов не только оставлять свою родину и переезжать на новые места, 1 но и более успешно, чем представители других национальностей, адаптироваться там. Кроме того, в работах этого периода обращали внимание на причины переселений, с характеристикой как. положительных, так и отрицательных тенденций этого процесса. Между тем, авторы не изучали этнокультурные особенности малороссийских переселенцев, проживавших на территории края, а в большинстве случаев не делали разграничений между ними и великороссами, определяя и тех, и других как « русских ».

С 1917 г. безраздельно господствовала единая официальная методология изучения исторического процесса, и в начальный советский период вопросу переселения, особенно украинцев, не уделялось должного внимания. Среди изданий этого времени можно выделить работу Ф.А. Фиельструпа , в которой он рассматривает этнический состав населения Приуралья по материалам Первой всеобщей переписи 1897 г. и Всесоюзной I

1 Готье Ю.В. Из истории передвижения населения в XVIII веке. — М., 1908.

2 Ямзин И. Переселенческое движение в России с момента освобождения крестьян. — Киев, 1912. | переписи населения 1926 г., а также предоставляет карту районов расселения украинцев в конце XIX — начале XX веков1. Вопросы переселенческой I политики, истории колонизации Башкирии с середины XVI века до 1920 г., численности и национального состава переселенцев были исследованы М. Никитиным2. Заслуживает внимания статья H.H. Барсова , основанная на данных переписи 1926 г. и характеризующая численность и расселение основных народностей Башкирской АССР 3. Нельзя не указать также и на книгу В. Пистоленко « Из прошлого Оренбургского края », вышедшую в 1939 г., где автор сделал лишь небольшую заметку о казаках , основавших « Казачий Яицкий городок », который при Екатерине II был переименован в Уральск, и совсем не указал на переселенцев из Малороссии , прибывших в более поздние периоды4.

Как показывает анализ изученных работ, в 50-ые гг. XX в. интерес к проблеме межкультурного взаимодействия русского и украинского народов возрос. Во многом это было связано с трехсотлетием воссоединения Украины и России. В этой связи был издан сборник общественно-политических статей и литературно-художественных произведений под-названием « Великая дружба ». Именно в этом сборнике была опубликована статья С.А. Попова «Из истории поселения украинцев в Чкаловской области», которая долгое время оставалась одной из немногих публикаций, касающихся переселения украинцев на территорию Южного Урала. В указанной статье автором были определены основные этапы переселения, выделены даты создания украинцами наиболее крупных населенных пунктов в районах Оренбуржья в различные периоды5. Однако С.А. Поповым не анализировались годы переселения украинцев после становления советской

1 Фиельструп Ф.А. Этнический состав населения Приуралья. — Л., 1926.

2 Никитин М. Основные моменты колонизации Башкирии // Хозяйство Башкирии. — 1928. — № 6 — 7. — С. 73 -85.

3 Барсов H.H. Национальный состав населения БАССР . (По районам проживания главных народностей) // Хозяйство Башкирии. — 1928. -№ 8 -9. — С. 102- 135.

4 Пистоленко В. Из прошлого Оренбургского края. — Чкалов , 1939.

5 Попов С.А. Из истории поселения украинцев в Чкаловской области // Великая дружба. — Чкалов, 1954. власти. К тому же за основу была взята только Оренбургская область (на тот момент Чкаловская ) и не характеризовались другие территории. .

Обращает на себя внимание и статья Л.Н. Большакова «Там, где томился Кобзарь.», посвященная пребыванию Тараса Григорьевича Шевченко на оренбургской земле1. В дальнейшем ученый продолжил исследования в этой сфере2, что способствовало сохранению и развитию украинской культуры не только в Оренбургской области, но и на всем Южном Урале .

Среди работ этого периода необходимо отметить исследование А.Г. Рашина «Население России за 100 лет (1811 — 1913 гг.)», в котором I автор, используя статистические данные, анализирует динамику изменения населения в стране, в том числе на территориях Оренбургской и Уфимской губерний3.

Известно, что С.А. Попов занимался и изучением отдельных фактов 1 освоения Оренбургского края, как, например, историей заселения крепости Илецкая Защита (нынешний Соль-Илецк)4. На основе этнографических экспедиций им было установлено, что самоидентификация малороссиян с термином « украинцы » произошла сравнительно поздно (это связано с особенностями его исторического развития) и в значительной мере повлияла на дальнейшее культурное развитие этноса. Так еще в начале XX в. некоторые переселенцы из Украины, освоившиеся на территории Оренбургской губернии, называли себя « хохлами » и ассоциировались именно с этим этнонимом5.

1 Большаков Л. Там, где томился Кобзарь. // Великая дружба. — Чкалов, 1954.

2 Большаков Л.Н. По следам Оренбургской зимы. Книга поисков: о Т.Г. Шевченко. — Челябинск, 1968; Его же. Года невольничьи : Книга поисков и исследований о Шевченко периода ссылки. — Киев, 1971; Его же. «Все он изведал./.»: Т. Шевченко: поиски и находки . — Киев, 1988; Его же. Комментарий к дневнику Т. Шевченко. — Оренбург, 1993; Его же. Быль о Тарасе: Кн. 3: Оренбург. — М. — Оренбург, 1993; Его же. Оренбургская Шевченковская энциклопедия. Тюрьма. Солдатчина. Ссылка: Энцикл. 11 лет. 1847 — 1858. -Оренбург, 1997; Его же. Тарас Шевченко: 1847 — 1858 // Украинцы в Оренбургском крае. — Оренбург, 1997

3 Рашин А.Г. Население России за 100 лет (1811 — 1913 гг.). Статистические очерки / под ред. акад. С. Г. Струмнлина. — М., 1956.

4 Попов С. На левом берегу Урала // Южный Урал. — 1981. — 9 января.

5 Краеведческий музей Оренбургской области. Ф. С.А. Попова. Оп. 1. Д. 10, 80.

С 1960-х гг. исследователи обращают внимание на различные аспекты передвижений населения по стране. Так, в 1965 г. Е.М. Брусникин охарактеризовал переселенческую политику, которая проводилась в конце XIX века. Он проанализировал не только деятельность органов власти, но и факторы, повлиявшие на увеличение потоков миграции, а также самовольное переселение крестьян1.

Проблемы формирования и развития населения Урала начали раскрываться учеными в 1970-х годах. Среди вопросов, которые рассматривались исследователями этого периода, уже не только исторические аспекты передвижения и влияния их на демографические показатели2, но также поднимались вопросы миграции в советском обществе, в том числе анализировались ее причины и последствия для экономики региона3.

Со второй половины 1980-х гг. стали пересматриваться методологические основы исторической науки, что открыло новые возможности для расширения тематики научных исследований и преодоления сложившихся ранее стереотипов. Стало возможным более. I детально и глубоко разобраться в содержании процессов, которые пережили народы СССР с 1920-х годов.

В 1980-е гг. исследования осуществлялись в области изучения не столько отдельных национальных культур, сколько в выявлении общих и отличительных черт, единых в своей основе народностей4. Так, работа Л.Н. Чижиковой позволяет рассмотреть не только влияние друг на друга двух близких культур — русской и украинской, — но и определить ареалы

1 Брусникин Е.М. Переселенческая политика царизма в конце XIX века // Вопросы истории. — 1965. — № 1.

2 Кабузан В.М. Изменения в размещении населения России в XVIII — первой половине XIX в. (По . материалам ревизий). — М., 1971; Кузовлев П.М. К истории формирования населения Урала // Проблемы формирования и развития населения Урала: Сб. статей. — Свердловск, 1977.

3 Невоструева Е.В. Миграция — фактор формирования населения и трудовых ресурсов // Проблемы формирования и развития населения Урала: Сб. статей. — Свердловск, 1977.

4 История, культура, этнография и фольклор славянских народов: IX Междунар. съезд славистов. Доклады советской делегации . — М., 1983.; Маслова, Г.С. Народная одежда в восточнославянских традиционных обычаях и обрядах XIX- начала XX в. — М., 1984. расселения украинцев и процессы их территориального изменения1. В этот I период ведутся исследования и в области изучения переселенческих процессов, но связанных в первую очередь с колонизацией русским этносом территорий Южного Урала2.

Недостаток внимания к этнографическим проблемам украинских переселенцев в Башкирии позволила говорить о необходимости расширенных и’ углубленных исследований этнографического и этнополитического характера. Материалы этнографических исследований украинских переселенцев республики берут свое начало с середины 70-х гг. XX в. и продолжаются в 80-90-е гг. в исследованиях историка-этнографа В.Я. Бабенко. Результатом этой разносторонней многолетней работы стал ряд историко-этнографических статей по исследованию и описанию украинцев Башкортостана . В его монографии «Украинцы в Башкирской АССР: поведение малой этнической группы в полиэтнической среде» рассматривается история переселения, численность украинцев в Башкирии с XVIII в. до начала 90-х гг., детально исследуются хозяйство и материальная культура, подробно описываются семья и семейный быт, показаны основные в работах ученых в отдельных регионах Южного Урала. Примером могут служить труды краеведов , например, Б. Коростина — в Илекском районе2 и М.Чумакова — в Саракташском3.

Среди челябинских ученых заметное место занимают работы А.Моисеева, который в своем исследовании, посвященном Верхнеуральскому району, затрагивает вопросы проживания в этих местах переселенцев из разных регионов и различной национальной принадлежности, в том-числе и украинцев4.

Пристальное внимание к проблемам украинцев обращают ученые Башкирии. Например, известна книга А.З. Асфандиярова «История сел и деревень Башкортостана». В ней уделяется внимание материалам, посвященным изучению времени создания населенных пунктов и национальности их основателей, в том числе и украинцев5.

В работах В.Я. Бабенко конца 1990-х — начала 2000-х гг. встречаются как вопросы переселения украинцев на башкирские земли6, так и аспекты, касающиеся в целом культуры этого этноса в рамках изучаемого региона7.

1 Моргунов К. Деятельность Краевой Рады по защите прав украинских переселенцев и беженцев // Миграционные процессы в Оренбуржье: проблемы экономического регулирования и социальной адаптации переселенцев. Матер, науч. семин. / под ред. В.В. Амелина. — Оренбург, 2004.

2 Коростин Б. Из истории Илекского района// Урал. Илекский район. — 1965.-5 января; — 1967.-22 января; -1967.-27 января.

3 Чумаков М. Саракташцы — георгиевские кавалеры // Пульс дня. Саракташский район. — 1997. — 18 марта; Он же Екатериновка // Пульс дня. Саракташский район. — 1997. — 20 мая

4 Моисеев А. На Урал — реке заповедные уголки Южноуралья: Исторические, культурные и природные достопримечательности Верхнеуральского района. — Челябинск, 1999.

5 Асфандияров А.З. История сел и деревень Башкортостана. Кн. 1. Изд. 2-е. Справочная книга. — Уфа, 1997; Его же. История сел и деревень Башкортостана. Кн. 7. Справочная книга. — Уфа, 1997. ,

6 Бабенко В.Я., Баранова, H.A. Украинские переселенцы в Башкирии: XVII — первая четверть XX вв. ( этнодемографическая характеристика) // Развитие социально-экономического и культурного сотрудничества Башкортостана и Украины: Матер, междун. науч.-практич. конф. — Уфа, 2003; Песенный фольклор украинских переселенцев в Башкирии / Сост. В.Я. Бабенко, Ф.Г. Ахатова . — Уфа, 1995.

7 Бабенко В.Я. Проблемы этнонационапьного развития украинцев Башкортостана на современном этапе и опыт их решения // Взаимодействие культур народов Урала: Сб. статей. — Уфа, 1999; Бабенко В.Я., Юнак, А.

Именно В.Я. Бабенко стал автором статьи об украинцах в историко-этнографическом очерке « Народы Башкортостана »1. Известно, что при его содействии исследованием песенного фольклора украинцев, проживающих 1 на территории Башкортостана, стала заниматься Ф.Г. Ахатова2. Впоследствии именно эта тема стала для нее ведущей3. На примере изучения песенного фольклора украинцев Ф.Г. Ахатова раскрывает особенности их национального самосознания и культурного развития в республике I

Украинцам Башкирии уделялось внимание как в рамках этнографических исследований, так и ‘ в рамках освещения истории социально-экономического развития республики4.

Анализ показал, что и в Оренбургской области, и в Башкирии заинтересованы в привлечении внимания ученых к вопросам изучения развития украинского этноса в регионе, в связи с чем организовывались и проводились научно-практические конференции5.

О жизни и деятельности наиболее заметных представителей украинского этноса, проживавших на Южном Урале, можно найти

дополнительные сведения не только в различных изданиях , но и газетах .

Необходимо обратить внимание на исследования, проводимые 1 сибирскими учеными. Особый интерес они проявляют к переселению украинцев на территорию Сибири . Среди работ можно выделить труды

Республиканский национально-культурный центр украинцев Башкортостана « Кобзарь » и украинцы Башкортостана сегодня // Украина — Башкортостан: связь времен. — Уфа, 2001.

1 Бабенко В. Украинцы // Народы Башкортостана: историко-этнографические очерки. — Уфа, 2002.

2 Песенный фольклор украинских переселенцев в Башкирии / Сост. В.Я. Бабенко , Ф.Г. Ахатова. — Уфа, 1995.

3 Ахатова Ф.Г. Украинские песни в Башкортостане (историко-этнографическое исследование). — Уфа, 2000; Ахатова Ф.Г. Музыкальный традиционный фольклор восточнославянских народов Башкортостана: К проблеме взаимодействия культур в многоэтничной среде. — Уфа, 2004.

4 Роднов М.И. Социальная структура украинского крестьянства Уфимской губернии в начале XX века // Украина — Башкортостан: годы испытаний и сотрудничества. — Уфа, 1993.

5 Украина — Башкортостан: годы испытаний и сотрудничества. — Уфа, 1993; Украина — Башкортостан: связь времен. — Уфа, 2001; Развитие социально-экономического и культурного сотрудничества Башкортостана и Украины: Матер, междун. науч.-практич. конф. — Уфа, 2003.

6 Челябинская область за 40 лет Советской власти. — Челябинск, 1957; Инженеры Урала: Энциклопедия. -Екатеринбург: Уральский рабочий, 2001; Календарь знаменательных и памятных дат: Челябинская область 2005. — Челябинск, 2004; Директор ЧТЗ Георгий Васильевич1 Зайченко. Рассказы. Воспоминания. Фотографии. — Челябинск, 2005.

7 Комаров Л. Брускин // Вечерний Челябинск. — 1989. — 30 июня. 1

А.М.Липина, который рассматривает не только проблемы изучения украинских переселений в Западную Сибирь 1, но и изучает вопросы влияния деятельности земских учреждений на миграцию украинцев2.

Большое внимание уделяется сибирскими учеными и аспекту этничности и этнической идентификации украинских переселенцев, в том I числе на основе полевых исследований. В частности, JI.A. Кутилова отмечает наличие среди переселенцев Томской губернии конца XIX в. не только термина « хохлы », но и использование его в качестве самоназвания3. Схожие исследования проводит A.A. Новоселова , на основе территорий Среднего Прииртышья . Ею анализируются идентификация и самоидентификация украинцев с этнонимом « хохлы » и взаимосвязь переселенцев с русским населением4. ,

В целом современная историография направлена на изучение различных аспектов жизнедеятельности украинцев вне границ своей исторической родины. Рассматриваются как переселенческие вопросы в различные временные периоды, так и проблемы этнической идентичности и самоидентификации современного украинского населения. За основу исследований берутся различные территории России: от небольших территориальных образований, например, районов, в основном рассматриваемых краеведами , до более крупных, исследуемых известными учеными. Между тем, в настоящее время еще нет обобщающего исследования по переселению украинцев на Южный Урал с учетом, как самых первых миграций, так и современного положения этой этнической

1 Липин A.M. Проблемы украинских переселений в Западную Сибирь в современной (отечественной историографии // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borodl/81-87.htmi.

2 Он же Переселения украинцев в Западную Сибирь и земские учреждения во второй половине XIX — начале XX в. // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borod2/63-306.html.

3 Кутилова Л.А. Украинцы в Сибири: пути этничности (конец XIX — начале XX в.) // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borodl/78-81.html.

4 Новоселова A.A. Украинцы в Среднем Прииртышье : идентификация и самоидентификация в конце XIX -начале XX вв. (по полевым этнографическим материалам). URL: http://ethnography.omskreg.ru/page.php?id=770.

1 20 группы. Данная диссертация является таким трудом, который позволит обратить внимание на ранее не затронутые вопросы. (

Объектом данного исследования является отдельная этническая группа, определяемая общим названием « украинцы », и привнесенные ею 1 этнокультурные особенности, способствовавшие развитию южно-уральского региона, а также их изменения под влиянием контактных этнонациональных культур.

Предметом научной разработки проблемы выступали переселенческие процессы на Южном Урале и совокупность культур украинских переселенцев, составивших особый духовный мир на освоенной территории.

Цель настоящего исследования заключается в анализе этапов переселения жителей Украины на территорию Южного Урала и выявлении изменений их этнокультурного самосознания в локальном социокультурном пространстве.

В соответствии с обозначенной целью автором ставятся следующие основные задачи диссертации: определить первоначальный период появления малороссийских переселенцев на южно-уральских территориях; выявить закономерности колонизационного процесса в XIX веке; исследовать малороссийское переселение в начале XX века на Южный Урал; охарактеризовать миграцию украинцев в советский период на южноуральскую территорию; рассмотреть особенности реализации национальной политики на Южном Урале в постсоветский период; проанализировать проблемы этнокультурного развития украинцев в постсоветский период в отдельных регионах; установить этапы переселения украинцев на Южный Урал. Хронологические рамки работы определены серединой XVIII началом XXI вв., то есть с первых, наиболее массовых переселений украинцев на территорию Южного Урала до современного положения этой национальной группы в регионе. Выбор нижней границы исследования обусловлен тем, что именно с середины XVIII в. начинается полномасштабный процесс освоения Южного Урала Российским государством, и вместе с общим переселенческим потоком в эти края направлялись и малороссийские жители. Современное положение украинцев на Южном Урале во многом определенно историческими событиями. Этим обусловлен выбор верхней границы исследования.

Территориальные границы охватывают Южный Урал как регион, наиболее ярко отражающий процессы переселения украинцев на протяжении всего обозначенного периода. Южно-уральский регион рассматривается в рамках современных границ Оренбургской, Челябинской областей и Республики Башкортостан. В основе выделения региона лежат историко-культурные, природные, географические, социальные, экономические факторы. Основополагающими являются географическое положение и природные условия.

Исследование предполагает изучение переселенческих процессов главным образом с территории Украины, как единого историко-этнографического региона. Под историко-этнографическим регионом следует понимать этнотерриториальное образование в рамках этноса со специфической исторической судьбой и своеобразным этническим обликом населения, зафиксированное как в исторических документах и региональной символике, так и в исторической памяти людей1.

Однако следует учитывать и наличие приграничных территорий России, на которых большой процент населения составляли украинцы и откуда также шли переселенческие процессы — это в основном Воронежская и Курская губернии, где проживали только русские и украинцы, причем русских было около 70%, а украинцев —

30%». Так, по Всеобщей переписи

1 Украинцы / Отв. ред. Н.С. Полищук , А.П. Пономарев. — М., 2000. — С. 31. ,

2 Кабузан В.М. Народы России в XVIII веке. Численность и этнический состав. — М., 1990. — С. 96. населения Российской империи 1897 г. в Воронежской губернии проживало I

36,2% украинцев (если учитывать распределение по родному языку), а в Курской 22,9%. При этом более всего лиц, считавших родным языком украинский, проживало в южных уездах Воронежской губернии — Острогожском (90,3%), Богучарском (81,8%) и Бирючинском (70,7%). Эти уезды были расположены на территории бывшего Острогожского казачьего полка. Здесь украинцы жили сплошным этническим массивом, гранича с I юго-запада с украинскими и русскими поселениями Харьковской губернии1.

Источниковая база. Исследование основывается на изучении разнообразных источников: различных нормативных документов, данных статистических и демографических справочников, периодической печати, а также как опубликованных, так и неопубликованных архивных материалов.

При определении числа украинцев, проживавших на Южном Урале в конце XIX — начале XX вв., в диссертационном исследовании использовались данные Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г., а также другая справочная i литература2. Изучение и анализ численности украинцев в период советской власти проводился по данным переписей , опубликованным в различных статистических и демографических справочниках3.

К важным источникам можно отнести и материалы периодической печати. Использование этих материалов оказало помощь в дополнительной работе по проверке отдельных сведений. Так, известно, что газеты зачастую содержат тенденциозно подобранный ! материал, в котором нередки

1 Чижикова Л.Н. Указ. соч. — С. 38.

2 Материалы по статистике, географии, истории и этнографии Оренбургской губернии, издаваемые Оренбургским Губернским Статистическим Комитетом: Выпуск 1-й. — Оренбург, 1877; Общия сведения об Оренбургской губернии. — Оренбург, 1891; Списки населенных мест Оренбургской губернии. — Оренбург, 1901; Алфавитный список населенных мест Оренбургской губернии: по данным сельско-хозяйственной и поземельной переписи. Оренбургское губернское статистическое бюро . — Оренбург, 1917.

3 Справочник-путеводитель Советский Оренбург / Составил журналист, инвалид Л. Большаков. — Оренбург, 1924; Список населенных пунктов Уральской области: Том XV. Челябинский округ. — Свердловск, 1928; Средневолжский край (экономический и социально-культурный обзор). — Москва-Самара, 1930; Оренбургская область: Статистико-экономический справочник 1935 года. — Оренбург, 1935; Челябинская область за 40 лет Советской власти. — Челябинск, 1957; Динамика населения СССР 1960 — 1980 гг. / Э.К. Васильева , И.И. Елисеева, О.Н. Кашина, В.И. Лаптев . -М., 1985. искажения, а в отдельных случаях и подлоги. Однако в сопоставлении с другими источниками материалы печати дают возможность выявить объективную картину происходящего. Исследование построено на изучении периодики как царского , так и советского времени, а также и современности1.

Еще один источник, используемый в данном исследовании, об украинцах, селившихся на территории Южного Урала и, в частности, в Челябинской области, — это биографические справки на работников Челябинского тракторного завода, хранящиеся в музее этого завода.

Основное место в исследовании занимают материалы центральных архивов Российской Федерации: Государственного архива Российской Федерации (Г АРФ), Российского государственного архива экономики ( РГАЭ ), Российского государственного архива новейшей истории ( РГАНИ ), Российского государственного архива литературы и искусства ( РГАЛИ ).

1 Оренбургские Епархиальные Ведомости, Оренбургские Губернские Ведомости, Оренбургский листок, Знамя коммуны, Сактинский рабочий, Южный Урал, Вечерний Челябинск, Новый мир, Общее дело, Оренбуржье, Челябинский рабочий и др.

Неоценимое значение для исследования проблемы миграции в 30 — 60-е гг. XX в. имеют материалы фондов РГАЭ. В фонде 5675 (Всесоюзный переселенческий комитет при ЦИК СССР) содержатся сведения о планомерном переселении людей с территории Украинской ССР с конца 20-х по 40-е годы. Особый интерес вызывает фонд 4372 (Государственный плановый комитет Совета Министров СССР), касающийся проблемы освоения целинных и залежных земель в Советском Союзе в 1954 году. Об обеспеченности жилищными условиями в период освоения целины свидетельствуют материалы Ф. 5 (Центральный Комитет КПСС ) РГАНИ.

В исследовании представлены впервые опубликованные материалы Коллекции рассекреченных документов (Ф. 89) РГАНИ, раскрывающие вопросы национального образования в 1937 — 1938 годах.

О сохранении элементов украинской культуры в южно-уральском I регионе в 30 — 40-х гг. XX в. показывают документы фондов 962 (Комитет по делам искусств при СНК СССР) и 2310 (Народный Комиссариат просвещения РСФСР) РГАЛИ. :

Кроме этого, в работе используются материалы Государственного, архива Оренбургской области (ГАОО) как одного из ключевых источников по раннему периоду существования Оренбургской губернии и, соответственно, переселению и жизни украинцев в это время. Фонд 2 ( Канцелярия Оренбургской комиссии) характеризует начальный этап колонизации южно-уральских степей и появление первых малороссов в крае. В фонде 6 (Канцелярия Оренбургского Военного Губернатора ) содержатся сведения о заселении Оренбургской губернии в первой половине XIX века. 1

Об отдельных сторонах жизни крестьян, в том числе и украинцев по национальности, либо выходцев из губерний Украины, сообщают материалы фондов 11 (Оренбургского Губернского Правления) и 13 (Оренбургского Губернского по крестьянским делам Присутствия). Сведения о культурно-общественной жизни украинцев в Оренбургской губернии раннего периода советского времени можно найти в фонде Оренбургского губисполкома (Р

1). Отдельные сведения о численности и культурно-общественной жизни

I 1 представителей украинского этноса на территории области в советский период имеют место в фондах Р-846 (Оренбургского облплана ), Р-1003 (Оренбургского стат. управления), Р-2568 (управление культуры). Большой фактический материал по передвижению рабочих в Советском Союзе, в том числе во время освоения целинных и залежных земель, содержится в фонде Р-993 (Отдел переселения организованного набора рабочих Оренбургского облисполкома ).

Большое значение в изучении переселенческих процессов в конце XIX— начале XX вв. имеет фонд И-13 — Чиновника командированного Министерством Внутренних Дел для заведывания переселенческим делом в Тобольской губернии и в г. Челябинске Оренбургской губернии Объединенного государственного архива Челябинской области ( ОГАЧО ). В делах фонда содержится информация о количестве переселенцев, о местах их отправления, в том числе из губерний Украины, и о пунктах прибытия, среди которых Оренбургская и Уфимская губернии. Все это позволяет проследить численность миграционных потоков и приблизительно оценить наличие украинцев на территориях, входящих в сферу нашего исследования. В фондах архива, относящихся к советскому периоду, содержатся материалы, описывающие национальный состав по партийной принадлежности и по участию украинцев в различных органах. Сведения о культуре и быте украинцев Челябинской области и некоторые материалы о переселении и эвакуации находят отражения и в других фондах.

Содержательная информация используется нами и из фондов Центра документации новейшей истории Оренбургской области ( ЦДНИОО ), где хранятся документы не только по эвакуации населении на территорию Чкаловской области, сведения по отдельным районам области, но и материалы, относящиеся к современному периоду деятельности Оренбургского областного культурно-просветительского общества имени Т.Г. Шевченко.

В сфере изучения вопросов переселения украинцев на территорию Оренбургской губернии неоценимую помощь оказывают материалы, содержащиеся в фонде С.А. Попова , который хранится в Краеведческом музее Оренбургской области. В исследованиях С.А. Попова имеют место не только личные описания автора по указанной проблеме, а также отдельные этнографические описания культуры и быта украинцев, проживавших на 1 территории Оренбуржья.

Всего в работе использовано 36 фондов из 8 центральных и местных архивохранилищ .

Анализ данных источников дает возможность наглядно проследить динамику численности украинских переселенцев на территорию Южного Урала и обозначить проблемы изучения их этнокультурного развития в данном регионе.

Методологическую основу диссертации составляют принципы историзма и научной объективности, основанные на критическом анализе источников, их проверке, учете степени достоверности и полноты сообщаемых данных; использованы также и методы исторического анализа, как историко-генетический, историко-сравнительный, историко-типологический, историко-системный, что позволит реализовать поставленные цели и задачи. Историко-генетический метод способствует раскрытию причинно-следственных связей и закономерностей переселения украинцев на Южный Урал. Историко-сравнительный метод дает возможность выделить общие механизмы процесса переселения людей в южно-уральский регион и определить особенности украинской миграции на I каждом временном этапе. На основе схожих исторических процессов 1 историко-типологический метод позволяет выявить основные этапы переселения украинцев на Южный Урал. А историко-системный метод открывает возможность не только комплексно рассмотреть процесс переселения украинцев, но и целостно осветить их этнокультурные особенности в разные периоды истории региона.

Научная новизна работы определяется постановкой и первым решением проблемы, весьма актуальной и не имеющей до сих пор всесторонней комплексной научной разработки с учетом предмета и территориально-хронологических рамок.

В научный оборот вводятся новые источники и данные, которые позволяют существенно расширить и уточнить представления о формировании украинского населения на Южном Урале и о его культурном развитии. В работе определены этапы заселения украинцами Южного Урала с учетом политических, экономических и социальных факторов. На основе широкого круга источников дается характеристика степени участия государства в этих процессах, выявлены места выхода переселенцев, районы преимущественного заселения, анализируются причины миграции. Раскрыта роль национальных организаций в сохранении и развитии украинской культуры в постсоветский период.

Практическая значимость. Анализ проблем, поставленных в диссертации, имеет самостоятельное значение не только для изучения поселения украинцев и изменения их этнокультурного самосознания, но и в контексте межнациональных взаимоотношений во всех субъектах Южного Урала, где проживают представители более ста национальностей. Работа позволяет уточнить количественный и качественный состав украинцев южно-уральского региона, выявить отдельные характеристики национальной политики в дореволюционный и советский периоды, а также современное состояние деятельности властей в области межнациональных взаимоотношений в различных регионах, опыта решения этнокультурных проблем.

Содержание и выводы диссертации могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории украинцев Южного Урала, привлечении конкретно-исторического материала для более детального изучения отдельных аспектов жизнедеятельности украинского этноса, в целом.

По структуре диссертационное исследование состоит из введения, трех глав, разделенных на шесть параграфов, заключения, списка использованных источников и приложения.

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Молощенков, Антон Николаевич

На протяжении нескольких столетий малороссийские , а затем и украинские жители покидали исторические места проживания и переселялись на новые малообжитые земли. Стремясь обрести возможность владеть и обрабатывать собственные участки, они искали подходящие территории. В результате с течением времени все больше жителей Украины отправлялись на Восток страны, в том числе и на Южный Урал . На миграцию украинцев оказывали влияние не только социальные, экономические, но и политические причины, что не всегда определяло добровольный характер переселений .

Анализ имеющихся сведений позволил выделить несколько основных этапов появления украинцев на Южном Урале, а также установить, каким этнокультурным трансформациям они подвергались в разные исторические периоды.

I этап — 30-е годы — конец XVIII века. В этот период происходит освоение первых крепостей и населенных пунктов, созданных малороссийскими колонистами. В этот период происходит несколько ключевых событий: 1) добровольные черкасские поселения на Оренбургской пограничной линии, характеризующиеся как успешные; 2) правительственное привлечение крестьян-малороссов к заселению южноуральских степей, не получившее продолжение. Из-за неспособности последних оборонятся от внешних врагов, переселение ‘ было I приостановлено. Данный этап характеризуется нестабильностью этнической идентификации, что повлекло масштабную ассимиляцию Черкасс.

II этап — начало века — 60 — 70-е гг. XIX в. происходит увеличение потоков малороссийских переселенцев на территорию Оренбургской губернии . Кроме того, наблюдается широкое регулирование данных процессов со стороны государства, заключающееся в разрешительных и запретительных мерах по переселению , а также по вселению отдельных

1 176 категорий населения. Начинает формироваться более устойчивая этническая идентичность в местах компактного поселения малороссиян . Однако привлечение переселявшихся людей правительством в казачье сословие, усиливает ассимиляционные процессы и нивелирует культурное своеобразие.

III этап — конец XIX в. — 20-е годы XX в. характеризуется массовыми миграциями с территорий, занятых украинцами , увеличением числа населенных пунктов на Южном Урале . Причинами подобных явлений стали возрастание проблемы малоземелья , расширение возможности использовать более удобный железнодорожный транспорт, а также относительно благоприятное законодательное регулирование процессов переселения . Создание населенных пунктов с преобладанием выходцев из одной территории позволяет малороссиянам сохранять свою этничность и развивать собственную культуру. В конце этого периода наблюдается усиление национального самосознания и идентификация малороссиян с « новым » этническим названием — « украинцы ».

IV этап определяется временем существования Советского Союза и имеет несколько периодов: 1) 20 — 30-е годы — появление плановых переселений людей, а также вселение и выселение по различным политическим обстоятельствам ( репрессии , раскулачивание, депортации народов и т.д.); 2) 40-е годы — военное и послевоенное время связанный с эвакуацией и реэвакуацией населения и промышленности; 3) 50 — 60-е годы -период освоения целинных и залежных земель, добровольное переселение украинцев для оказания помощи в возделывании данных территорий; 4) 70-е годы — конец 80-х годов происходит уменьшение движения из Украинской АССР , усиливаются процессы внутриобластной миграции. Если в начальный период существования советской власти происходит возрастание значимости этнонима « украинец » и даже некоторое стремление к « украинизации » населения, то в последующие годы наблюдается общая для всего государства направленность на « советизацию » народа, выразившаяся в унификации культуры, обычаев и образа жизни граждан Советского Союза.

V этап — постсоветский — начало 90-х гг. XX в. — начало XXI века. В данный период происходит возобновление внешних миграционных потоков, в частности, из государств ближнего зарубежья, продолжение внутренней миграции. Этнокультурные вопросы стали одними из наиболее важных для представителей различных национальностей. Украинцы обращают внимание не только на свою этническую принадлежность, но и на культурное своеобразие. Происходит осознание необходимости консолидации на территориях вне своей исторической родины, сохранения и развития собственной национальной культуры. Для чего создаются культурные общественные организации, объединяющие людей не только внутри одного субъекта Федерации, но и на более крупных исторических образованиях, как, например, Южный Урал.

Таким образом, миграция украинцев на Южный Урал имеет давнюю историю и, в целом, проходила в рамках общих процессов, наблюдавшихся в России. Между тем, в каждый исторический период, существовали свои особенности, определявшие количественный и качественный состав переселявшихся украинцев, сформировавшие в конечном счете современное положение и численность украинского населения в южно-уральском регионе. I

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Молощенков, Антон Николаевич, 2010 год

1. Неопубликованные источники

2. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ)

3. Ф. 109 Архив 3-го отделения собственной Его Императорского Величества канцелярии

4. Ф. 1791 Главное управление по делам милиции

5. Ф. 1797 Министерство земледелия Временного правительства

6. Ф. Р-364 Комсто по иммиграции

7. Ф. Р-5446 Управление делами Совнаркома Союза ССР

8. Ф. Р-6822 Совет по эвакуации при Совнаркоме Союза ССР

9. Российский государственный архив экономики ( РГАЭ )

10. Ф. 4372 Государственный плановый комитет Совета Министров СССР Ф. 5675 Всесоюзный переселенческий комитет при ЦНК СССР

11. Российский государственный архив новейшей истории ( РГАНИ ) Ф. 5 Центральный Комитет КПСС

12. Ф. 89 Коллекция рассекреченных документов

13. Российский государственный архив литературы и искусства ( РГАЛИ )

14. Ф. 962 Комитет по делам искусств при СНК СССР

15. Ф. 2310 Народный Комиссариат Просвещения РСФСР

16. Государственный архив Оренбургской области ( ГАОО )

17. Ф. 2 Канцелярия Оренбургской комиссии г. Самара Ф. 6 Канцелярия Оренбургского военного губернатора Ф. 10 Канцелярия Оренбургского губернатора Ф. 11 Оренбургское губернское правление

18. Ф. 13 Оренбургское губернское по крестьянским делам присутствия Ф. 14 Оренбургское губернское присутствие Ф. 164 Оренбургский губернский статистический комитет Ф. Р-1 Оренбургский губисполком

19. Ф. Р-846 Оренбургский облплан

20. Ф. Р-993 Отдел переселения организованного набора рабочих Оренбургского облисполкома

21. Ф. Р-1003 Оренбургское областное управление нархозучета Ф. Р-2332 Отдел по делам искусств исполнительного комитета Оренбургского областного Совета депутатов трудящихся Ф. Р-2568 Областное управление культуры

22. Центр документации новейшей истории Оренбургской области ( ЦДНИОО )

23. Ф. 5 Оренбургский уездный комитет РКП (б) Ф. 25 Исаево-Дедовский районный комитет РКП (б) Ф. 37Юренбургский обком ВКП (б)

24. Ф. 6002 Коллекция документов личного происхождения ветеранов войн и труда

25. Ф. 8061 Оренбургское областное Украинское культурно-просветительское общество им. Т.Г. Шевченко

26. Объединенный государственный архив Челябинской области ( ОГАЧО )

27. Ф. И-13 Наряд Чиновника командированнаго Министерством Внутренних Дел для заведывания Переселенческим делом в Тобольской губернии и г. Челябинске Оренбургской губернии

28. Ф. Р-171 Отдел национальных меньшинств Челябинского губисполкома Ф. 183 В. У фал ейский ГК ВКП (б) Челябинской области Ф. 288 Челябинский обком ВКП (б)

29. Ф. 314 Карабашский горком ВКП (б) Челябинской области

30. Краеведческий музей Оренбургской области Ф. С.А. Попова.

31. Нормативно-правовые документы 2.1. Конституция Российской Федерации. — М.: Изд-во « Спарк », 1997. 52 с.

32. Закон « О языках народов Российской Федерации » // Нормативные акты по национальным вопросам. Саратов, 1999. — С. 139 — 140.

33. Закон Российской Федерации « Основы законодательства Российской Федерации о культуре » // Национально-культурное развитие: правовое обеспечение. М.: Дружба народов, 2003. — С. 87 — 89.

34. Концепция государственной национальной политики в РФ // Нормативные акты по национальным вопросам. Саратов, 1999. — С. 90 — 96.

35. Федеральный закон « О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации » // Нормативные акты по национальным вопросам. Саратов, 1999. — С. 188 — 190.

36. Федеральный закон РФ «О национально-культурной автономии» // Нормативные акты по национальным вопросам. — Саратов, 1999. — С. 128 — 130.

37. Постановление Кабинета Министров Республики Башкортостан от 31 декабря 2002 г. № 388 «О государственной программе « Народы Башкортостана » на 2003 — 2012 годы» Электронный ресурс. // URL: http://base-consultant.ru

38. Закон « Об организации местного самоуправления в Оренбургской области » // Законы по местному самоуправлению в Оренбургской области. — Оренбург, 1999. 32 с.

39. Концепция региональной национальной политики Челябинской области // Государство и национально-культурные объединения: социальное партнерство. Документы и публикации. — Челябинск, 2006. С. 14 — 30.

40. Областная целевая программа «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в Оренбургской области». — Оренбург, 2004.-38 с.

41. Статистические и справочно-информационные издания

42. Алфавитный список населенных мест Оренбургской губернии: по данным сельско-хозяйственной и поземельной переписи. Оренбург: Орен. губ. стат. бюро , 1917. — 41 с.

43. Всероссийский Национальный Центр. М.: РОССПЕН, 2001. — 603 с.

44. Всесоюзная перепись населения 1926 года. Национальный состав населения по регионам РСФСР . Электронный ресурс. URL: http ://demoscope.ru/weekly/ssp/rusnac26 .php

45. Всесоюзная перепись населения СССР 1939 года: Уральский регион: Сб. матер. / Сост. В.П. Мотревич . Екатеринбург: Изд-во Гуманитарного ун-та, 2002. — 372 с.

46. Всесоюзная перепись населения 1959 года. Национальный состав населения по регионам России. Электронный , ресурс. URL: http://demoscope.ru/weekly/ssp/rusnac59.php

47. Всесоюзная перепись населения 1970 года. Национальный состав населения по регионам России. Электронный ресурс. URL: http ://demoscope.ru/weekly/ssp/sngnac70 .php

48. Всесоюзная перепись населения 1979 года. Национальный состав населения по регионам России. Электронный ресурс. URL: http://demoscope.ru/weekly/ssp/sngnac79 .php

49. Всесоюзная перепись населения 1989 года. Национальный состав населения по регионам России. Электронный ресурс. URL :http ://demoscope .ru/weekly/ssp/rusnac89 .php

50. Записки оренбургского отдела императорскаго Русскаго Географическаго общества. Казань: ун-ая типография, 1870. — 300 с.

51. Инженеры Урала : Энциклопедия. — Екатеринбург: Уральский рабочий, 2001.-696 с.

52. Календарь знаменательных и памятных дат: Челябинская область 2005. Челябинск: Челяб. Дом печати, 2004. — 240 с.

53. Культурное строительство в Оренбуржье: Документы и материалы. 1918 1941. — Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд-во, 1985. — 176 с.

54. Материалы по статистике, географии, истории и этнографии Оренбургской губернии, издаваемые Оренбургским Губернским Статистическим Комитетом: Вып. 1. — Оренбург: Типография Ив. Ив. Ефимовскаго-Мировицкаго, 1877. — 176 с.

55. Население России в XX веке: Исторические очерки. В 3-х т. / Т. 2 1940 -1959.-М.: РОССПЭН , 2001. -416 с.415. ‘ Население России. Одиннадцатый-двенадцатый ежегодный демографический доклад / Под ред. А.Г. Вишневского. М., 2006. — 356 с.

56. Населенные пункты Оренбургской губернии. Итоги Всесоюзной переписи населения 1926 года: Вып. 1. — Оренбург: 1-я Госуд. Типо-литограф. Полиграфирома, 1927. — 88 с.

57. Национальный состав населения Оренбургской области: Статистический сборник: Том 1. — Оренбург, 2004. 147 с.

58. Национальный состав населения Челябинской области по данным Всероссийской переписи населения 2002 года: Стат. сб. Челябинск, 2006. -128 с.

59. Общия сведения об Оренбургской губернии. Оренбург: Орен. Губ. Стат. Ком., 1891.- 131 с.

60. Оренбургская губерния . (Первая Всеобщая перепись населения Российской империи , 1897 г.) / под ред. Н.А. Тройницкаго. — СПб.: изд. Центр. Стат. Ком. М.В.Д., 1904. 193 с.

61. Оренбургская область: Статистико-экономический справочник 1935 года. — Оренбург: Орен. Облплан, 1935. 106 с.

62. Оренбуржье в контексте информационной политики, общественных и внешних связей (2008 г.). Оренбург, 2009. — 274 с.

63. Очерк работ Тургайско-Уральской Переселенческой организации. — Оренбург: Типография Ф. Яковлева, 1911. 43 с.

64. Региональная этнокультурная политика, межэтнические и этноконфессиональные отношения в Оренбуржье: Ежегодный доклад, 2004. — Оренбург: изд. центр ОГАУ , 2005. — 63 с.

65. Региональная этнокультурная политика, межэтнические и этноконфессиональные отношения в Оренбуржье: Ежегодный доклад, 2005 год. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2006. — 63 с.

66. Социология: Энциклопедия / сост. A.A. Грицанов , B.JI. Абушенко, Г.М.I

67. Евелькин, Г.Н. Соколова , О.В. Терещенко. Мн.: Книжный Дом, 2003.

68. Список населенных пунктов Уральской области: Том XV Челябинский округ. — Свердловск: изд. орготдела Уралоблисполкома, Уралстатуправления и окружных исполкомов , 1928. — 118 с.

69. Справочник-путеводитель Советский Оренбург / сост. журналист, инвалид А. Большаков. Оренбург: Киргиз , гос. изд., 1924. — 160 с.

70. Средневолжский край (экономический и социально-культурный обзор). -Москва-Самара: Гос. изд. Средневолжское краевое отд., 1930. — 529 с.5. Список литературы

71. Абдулатипов, Р.Г. Предмет и перспективы национальной политики / Р.Г. Абдулатипов // Этнопанорама. 1999. — № 1. — С. 2 — 5.

72. Амелин, В.В. Деревня толерантности в Оренбурге / В.В. Амелин // Этнопанорама. 2006. — № 3 — 4. — С. 1.

73. Амелин , В.В. Оренбуржье в этнополитическом измерении: Очерки. Документы. Материалы: в 2 т. / В.В. Амелин, В.П. Торукало / под ред. М.Н. Губогло. М., 1996. — Т. 2. — 266 с.

74. Амелин, В.В. Предупреждение, регулирование, разрешение этническихконфликтов: общие принципы /В.В. Амелин // Национальные проблемы народов Оренбуржья: история, современность: Матер, науч.-практич. конфер. Оренбург, 1993. — С. 40 — 44.

75. Амелин, В.В. Этническое многообразие и власть в российском регионе

76. В.В. Амелин; УОП ИЭА РАН. М.: Изд. центр ОГАУ, 2004. — 320 с.t

77. Амелин , В.В., Торукало, В.П. Многонациональное Оренбуржье в этнополитическом измерении: Очерки. Документы. Материалы. / В.В. Амелин, В.П., Торукало. М., 1996. — Т.2. — 266 с.

78. Артамонова, С. Будет ли украинский культурный центр? / С. Артамонова // Вечерний Челябинск. — 1992. — 31 августа. — С. 6.

79. Асфандияров, А.З. История сел и деревень Башкортостана / А.З. Асфандияров. изд. 2-е. Справочная книга. — Уфа: Китап, 1997. — Кн. 1.- 224 с.

80. Асфандияров, А.З. История сел и деревень Башкортостана / А.З. Асфандияров. справ, кн. — Уфа: Китап, 1997. — Кн. 7 — 192 с.

81. Афанасьев , В.Н. Статистическое исследование миграционных процессов населения / В.Н. Афанасьев, Т.И. Плеханова . — Оренбург: Изд-ий центр ОГАУ, 2005. 176 с.

82. Ахатова, Ф.Г. Музыкальный традиционный фольклор восточнославянских народов Башкортостана: К проблеме взаимодействия культур в многоэтничной среде / Ф.Г. Ахатова. — Уфа: Изд. филиала МГОПУ им. М. А. Шолохова в г. Уфе, 2004. — 213 с.

83. Ахатова, Ф.Г. Украинские песни в Башкортостане (историко-этнографичекское исследование) / Ф.Г. Ахатова. Уфа: Гилем, 2000. — 146 с.

84. Бабенко, В.Я. Опыт’ картографирования расселения украинскихпереселенцев в Башкирской АССР (конец XIX XX в.) / В.Я. Бабенко //1.!

85. Ареальные исследования в языкознании и этнографии: Тез. 5-й конф. « Проблемы атласной картографии » — Уфа, 1985. С. 13 — 14.

86. Бабенко, В. Я. Проблемы этнонационального развития украинцев Башкортостана на современном этапе и опыт их решения / В.Я. Бабенко // Взаимодействие культур народов Урала: сб. статей. — Уфа: Гилем, 1999. С. 186-196.

87. Бабенко, В.Я. Украинцы / В.Я. Бабенко // Народы Башкортостана: историко-этнографические очерки. — Уфа: Гилем, 2002. — С. 261 — 294.

88. Бабенко, В.Я. Украинцы Башкирии как маргинальная группа украинского этноса / В.Я. Бабенко // Ареальные исследования в языкознании и этнографии. Язык и этнос: сб. науч. тр. Д., 1983. — С. 121 — 129.

89. Бабенко, В.Я. Украинцы Башкирской ССР : поведение малой этнической группы в полиэтничной среде / В.Я. Бабенко. Уфа, 1992. — 260 с.

90. Бабенко, В.Я. Украинские поселения в Башкирской АССР / В.Я. Бабенко // Исследования по башкирской диалектологии и ономастике. Уфа, 1986.-С. 100-108.

91. Бабенко, В.Я. Этнические процессы у украинских переселенцев в Башкирии (конец XIX начало XX в.) / В.Я. Бабенко // Исследования по исторической этнографии Башкирии. — Уфа, 1984. — С. 137 — 143.

92. Бабенко , В.Я. Республиканский национально-культурный центр украинцев Башкортостана « Кобзарь » и украинцы Башкортостана сегодня / В.Я. Бабенко, Юнак, А. // Украина — Башкортостан: связь времен: сб. стат. — Уфа: полиграфкомбинат, 2001. С. 6 — 27.

93. Баканов, В.П. Из истории Оренбургского казачества / Баканов, В.П.I

94. Магнитогорск: Магнит, 1993. — 146 с.

95. Баканов , В.П. Архивы крепости и станицы Магнитной. Хронология / В.П. Баканов, Л.Г. Баканова . — Магнитогорск: Манитип, 2005. 372 с.

96. Барсов, H.H. Национальный состав населения Б АССР. (По районам проживания главных народностей) / H.H. Барсов // Хозяйство Башкирии. — 1928.-№8-9.-С. 102-135.

97. Белавин, К. Оренбург. Географическо-статистический очерк / К. Белавин. Оренбург: Типо-литография И.И. Ефимовского-Мировицкого, 1891.-127 с.

98. Большаков, Л.Н. Быль о Тарасе / Л.Н. Большаков. — М. Оренбург, 1993.-Кн. 3.-299 с.

99. Большаков, Л.Н. Институт Тараса Шевченко (Первые итоги) / Л.Н. Большаков // Национальные проблемы народов Оренбуржья: история, современность: матер, науч.-практ. конф. Оренбург, 1993. — С. 35 — 36.I

100. Большаков, Л.Н. Тарас Шевченко: 1847 1858 / Л.Н. Большаков // Украинцы в Оренбургском крае. — Оренбург, 1997. — С. 24 — 30.

101. Брук , С.И. Миграция населения в России в XVIII начале XX века (Численность, структура, география) /С.И. Брук, В.М. Кабузан // История СССР. — 1984. — № 4. — С. 41 — 59.

102. Брусникин, Е.М. Переселенческая политика царизма в конце XIX века / Е.М. Брусникин // Вопросы истории. 1965. — № 1. — С. 28 — 38.

103. Бугай , Н.Ф. Народы Украины в «Особой папке Сталина » / Н.Ф. Бугай; Инт-т рос. истории РАН . М.: Наука, 2006. — 271.

104. Василенко, А.Ю. История села Черкассы / А.Ю. Василенко // Культура славян Оренбуржья: матер, межрегион, науч.-практ. конф. Оренбург, 2003. -С. 230-232.

105. Витевский , В.Н. И. И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 г.: Историческая монография. В 2 т. / В.Н. Витевский. — Казань: Типо-Литография В. М. Ключникова , 1897. — 616 с.

106. Вклад Урала в разгром фашизма: исторический опыт и современные проблемы национальной безопасности. Материалы международной научной конференции, посвященной 60-летию Победы в Великой Отечественной войне . Екатеринбург: ИИ и АУрО РАН, 2005. — 400 с.

107. Втюрина, А. «Дедуровка — ты Родина моя» / А. Втюрина // Сельские вести. 2010. — 5 июня. — С. 1.

108. Габдулгафарова , И.М. Восточные мотивы в творчестве Т.Г. Шевченко / И.М. Габдулгафарова // Помнят степи певца Украины: матер, науч.-практ. конф. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2000. — С. 53 — 56.

109. Габдулгафарова, И.М. Гуманистические идеи Г.С. Сковороды в преддверии XXI века / И.М. Габдулгафарова // Украинцы в Оренбургском крае: матер, науч.-практ. конф. — Оренбург: Димур, 1997. — С. 44 — 48.

110. Гавриленко, И. Згадаем, браття, про Богдана. // Южный Урал . 1992. — 1 августа. — С. 4.

111. Гозулов , А.И. Народонаселение СССР (статистическое изучение численности, состава и размещения) / А.И. Гозулов , М.Г. Григорянц. М.: Статистика, 1969. — 171 с.

112. Гончарова, О. Вместе на одной земле / О. Гончарова // Оренбургское время. 2007. — 1 августа. — С. 8.

113. Горбунова, И. « Предки жили для потомков » / И. Горбунова // Челябинский рабочий. — 1989. — 23 — 24 сентября. С. 16.

114. Готье , Ю.В. Из истории передвижения населения в XVIII веке / Ю.В. Готье. — М.: Типограф. Штаба Моск-ого воен. округа, 1908. — 26 с.

115. Дебу, И. Топографическое и статистическое описание Оренбургской губернии в нынешнем ея состоянии / И. Дебу. М.: В ун-ой Типограф., 1857. -230 с.

116. Дедлов, В. Л. Переселенцы и новые места. Панорама Сибири . Художественная публицистика / B.JI. Дедлов. М., 2008. — 456 с.

117. Демократия и образы национализма в Российской Федерации 90-ых годов / JI.M. Дробижева , А.Р. Аклаев, В.В. Коротеева, Г.У. Солдатова . М.: Мысль, 1996. — 300 с.

118. Ден, В.Э. Население России по пятой ревизии: Подушная подать в XVIII веке и статистика населения в конце XVIII века / В.Э. Ден. М.: Ун-ая типография на Страстном бульваре, 1902. — 696 е.

119. Динамика населения СССР 1960 1980 гг. / Э.К. Васильева , И.И. Елисеева, О.Н. Кашина, В.И. Лаптев . — М.: Финансы и статистика, 1985. — 176 с.

120. Директор ЧТЗ Георгий Васильевич Зайченко. Рассказы. Воспоминания. Фотографии. Челябинск: Типография ЧТЗ, 2005. — 107 с.

121. Дорошева O.A. Украинское население Чкаловской области в годы Великой Отечественной войны / O.A. Дорошева // Этническая история идуховная культура украинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития. Оренбург, 2004. — С. 39 — 41.

122. Дубский, И. Интерес к украинской культуре в Оренбуржье возрастает / И. Дубский // Жизнь национальностей Оренбуржья. Информационный вестник. 1999. — № 1 (11). — С. 32 — 34.

123. Дубский, И. « Обнимитесь же, братья мои! » / И. Дубский // Оренбургская неделя. 1999. — 22 июля. — С. 9.

124. Дубский, И. Украинцы в Оренбуржье / И. Дубский // Оренбуржье. -1998.-13 мая.-С. 9.

125. Духовная культура народов Южного Урала: история, традиции, проблемы: сб. науч. трудов / под ред. A.B. Федоровой. Оренбург: Южный Урал, 1994.- 112 с.

126. Ефименко, П.С. О малороссиянах в Оренбургской губернии / П.С. Ефименко // Основа. 1861. — № 9. — С. 189 — 192.

127. Ефремов, В. Из истории Уфимского края: Уфимский край в первой половине XVIII в. / В. Ефремов // Вестник Оренбургского учебного округа. -1913. № 7 — 8. — С. 236 — 252.

128. Жуковский, И. Краткое географическое описание Оренбургской губернии / И. Жуковский. Уфа: Губ-ая Типограф., 1880. — 103 с.

129. Зобов, Ю.С. Вопросы заселения Оренбургского края в трудахIдореволюционных историков / Ю.С. Зобов // Исследования и исследователи Оренбургского края XVIII — начала XX вв.: матер, регион, науч. конф. — Свердловск, 1983. — С. 68 69.

130. Зобов, Ю.С. В поисках земли и лучшей доли: Переселение украинцев в Оренбургский край в XVIII — XIX веках / Ю.С. Зобов // Южный Урал. 1998. — 26 июня.

131. Зобов, Ю.С. Градоначальник Оренбурга и краевед Николай Акимович Середа / Ю.С. Зобов // Помнят степи певца Украины: матер, науч.-практ. конф. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2000. — С. 96 — 102.

132. Зобов, Ю.С. Край политической ссылки / Ю.С. Зобов // История Оренбуржья: уч. пособие. Оренбург: Орен. кн. изд., 1996. — С. 79 — 87.

133. Зобов, Ю.С. Крестьянская колонизация: Заселение Оренбургского края в XVIII начале XX в. / Ю.С. Зобов // Гостиный Двор. — 1995. — № з. — С. 224 -233.

134. Зобов, Ю.С. Переселение украинцев в Оренбургский край в XVIII -XIX веках / Ю.С. Зобов // Украинцы в Оренбургском крае: матер, науч.-практ. конф. Оренбург: Димур, 1997. — С. 11-16.

135. Зобов, Ю. С. Украинцы / Ю.С. Зобов // Этнокультурная мозаика Оренбуржья. Оренбург, 1999. — С. 57 — 66.

136. Кабанова, С.Б. « Шевченковский март » 2000 в Оренбурге. Его участники — гости с Украины / С.Б. Кабанова // Жизнь национальностей Оренбуржья. Информационный вестник. — 2000. — № 1 (13). — С. 14.

137. Кабузан, В.М. Изменения в размещении населения России в XVIII -первой половине XIX в. (По материалам ревизий) / В.М. Кабузан. М.: Наука, 1971.- 192 с.

138. Кабузан, В.М. Крепостное население России в XVIII в. 50-х годах XIX в. (численность, размещение, этнический состав) / В.М. Кабузан. — СПб.: Русско-Балтийский инф-ый центр «Блиц», 2002. — 272 с.

139. Кабузан, В.М. Народы России в XVIII веке. Численность и этнический состав / В.М. Кабузан. М.: Наука, 1990. — 256 с.

140. Кабузан, В.М. Народы России в первой половине XIX в.: численность и этнический состав / В.М. Кабузан. — М.: Наука, 1992. — 216 с.

141. Кауфман, A.A. К вопросу о заселении казенных земель Самарской,

142. Уфимской и Оренбургской губерний: Отчет Члена Ученаго Комитета М-ва 3.iи Г.И. A.A. Кауфмана по командировке летом 1903 г. / A.A. Кауфман. СПб.: Типограф. В.Ф. Киршбаума , 1904. -Ч. 3. — 281 с.

143. Кауфман, A.A. К вопросу о причинах и вероятной будущности русских переселений / A.A. Кауфман. — М.: Тов-во типограф. А.И. Мамонтова , 1898, -49 с.

144. Кауфман, A.A. Переселение. Мечты и действительность / A.A. Кауфман. М.: Типограф. Г. Лисспера и Д. Собко, 1906. — 37 с.

145. Кауфман, A.A. Переселение и колонизация / A.A. Кауфман. СПб.: Типограф, тов-ва « Общественная польза », 1905. — 430 с.

146. Кобзарь и Оренбуржье: матер, обл. науч.-практ. конф., посвящ. 192-летию со дня рождения Т.Г. Шевченко. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2006. — 100 с.

147. Ковалевский , П.И. История России с национальной точки зрения: национально-исторический очерк / П.И. Ковалевский. — СПб.: Типограф. М.И. Акинфиева , 1912. 108 с.

148. Козлов, В. Мир дому твоему: о проблемах межнациональных отношений в области / В. Козлов // Челябинский рабочий. 1990. — 4 марта. -С. 2.

149. Комаров, Л. Брускин // Вечерний Челябинск. 1989. — 30 июня.

150. Коростин, Б. Из истории Илекского района / Б. Коростин // Урал. Илекский район. — 1965. 5 января; — 1967. — 22 января; — 1967. — 27 января.

151. Корнилов, Г.Е Этническая структура населения Урала в первой половине XX века / Г.Е. Корнилов // Каменный пояс на пороге III тысячелетия: матер, науч.-практ. конф. — Екатеринбург: Банк культурной информации, 1997. С. 129 — 135.

152. Краснохолмская станица // Оренбургский листок. 1883. — 4 сентября.

153. Кривощеков, А.И. Историческия судьбы Оренбургскаго края. Краткий очерк заселения и развития края / А.И. Кривощеков. — Уфа: Печатня Н.К. Блохина, 1913. — 45 с.

154. Кузеев , Р.Г. Народы Среднего Поволжья и Южного Урала: этногенетический взгляд на историю / Р.Г. Кузеев. — М.: Наука, 1992. — 347 с.

155. Кузеев, Р.Г. Миграция в Среднем Поволжье и на Южном Урале в XVI — XIX вв. и влияние на расселение, численность, этнический состав и этнографическую структуру населения региона / Р.Г. Кузеев //

156. Этнологические исследования в Башкортостане: сб. статей. — Уфа, 1994. — С. 29 42. I

157. Кузовлев, П.М. К истории формирования населения Урала / П.М.

158. Кузовлев // Проблемы формирования и развития населения Урала: Сб.статей. Свердловск: УНЦ АН СССР, 1977. — С. 5 — 24.

159. Кузьмин , А.И. Этнодемографическая структура населения Урала в XX веке / А.И. Кузьмин, А.Г. Оруджиева , Е.Ю. Алферова // Урал в прошлом и настоящем: матер, науч. конф. Ч. I. Екатеринбург, 1998. — С. 165-175.

160. Кузьмин , А.И. Этнодемографическая структура населения Урала: проблемы эволюции и перспектив развития / А.И. Кузьмин, А.Г. Оруджиева

161. Каменный пояс на пороге III тысячелетия: матер, науч.-практ. конф.i

162. Екатеринбург, 1997. С.135 — 138.

163. Кутилова , JI.A. Украинцы в Сибири: пути этничности (конец XIX -начале XX в.) / JI.A. Кутилова Электронный ресурс. // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borodl/78-81.html.

164. Липин, A.M. Переселения украинцев в Западную Сибирь и земские учреждения во второй половине XIX начале XX в. / A.M. Липин Электронный ресурс. // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borod2/63-306.html.

165. Липин, A.M. Проблемы украинских переселений в Западную Сибирь в современной отечественной историографии / A.M. Липин Электронный ресурс. // Актуальные вопросы истории Сибири. URL: http://new.hist.asu.ru/biblio/borod 1/81 -87.html.

166. Максимова, О.Н. Этнокультурная политика на Южном Урале // Серия « Этнорегиональные исследования ». Вып. 5. / О.Н. Максимова. Оренбург: Изд-ий центр ОГАУ, 2007. — 160 с.

167. Маслова, Г.С. Народная одежда в восточнославянских традиционных обычаях и обрядах XIX- начала XX в. / Г.С. Маслова М.: Наука, 1984.

168. Машин, М.Д. Оренбургское казачье войско. 2-е изд., испр. / М.Д. Машин. Челябинск: Челяб. гос. ун-т, 2000. — 191 с.

169. Место эвакуации Чкаловская область. Документы и материалы архивов Оренбуржья: Сб. материалов научного совета ГУ «ГАОО» и ГУ « ЦДНИОО » // Под ред. И.И. Базарской. — Оренбург: Оренб. гос. ин-т менеджмента, 2006. — 127 с.

170. Моисеев, А. На Урал — реке заповедные уголки Южноуралья: Исторические, культурные и природные достопримечательности Верхнеуралского района / А. Моисеев. — Челябинск: Рифей, 1999. 389 с.

171. Моргунов, К.А. Правовая регламентация переселенческой деятельности: украинские переселенцы в конце XIX — начале XX века / К.А. Моргунов // Украинцы в Оренбургском крае: матер, науч.-практ. конф. — Оренбург: Димур, 1997. С. 66 — 71.

172. Моргунова, О. Яицкие и илекские казаки / О. Моргунова // Урал. — 1995. 4 февраля.

173. Мотревич, В.П. Колхозы Урала в годы Великой Отечественной войны / В.П. Мотревич. Свердловск: изд. Урал, ун-та, 1990. — 196 с.

174. Мухаметдинов, Г. Экономические связи между Башкортостаном и Украиной в годы войны / Г. Мухаметдинов // Украина — Башкортостан: связь времен: Сб. статей. — Уфа: полиграфкомбинат, 2001. — С. 46 — 53.

175. Невоструева, Е.В. Миграция — фактор формирования населения и трудовых ресурсов / Е.В. Невоструева // Проблемы формирования и развития населения Урала: Сб. статей. Свердловск: УНЦ АН СССР, 1977. — С. 93 -104.

176. Нестеренко, В. Дружба народов погоренбургски / В. Нестеренко // Сельские вести. 2007. — 4 августа. — С. 1.

177. Нижник, Е.В. Украина и Орск в контексте истории Великой Отечественной войны / Е.В. Нижник // Этническая история и духовная культура украинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития. — Оренбург, 2004. С. 41 — 45.

178. Никитин, М. Основные моменты колонизации Башкирии / М. Никитин // Хозяйство Башкирии. 1928. — № 6 — 7. — С. 73 — 85.

179. Новоселова, A.A. Украинцы в Среднем Прииртышье : идентификация и самоидентификация в конце XIX — начале XX вв. (по полевым этнографическим материалам) / A.A. Новоселова Электронный ресурс. URL: http://ethnography.omskxeg.ru/page.php?id=770.

180. Окара, А. Н. Украинская диаспора как системообразующий фактор российского государства / А. Окара Электронный ресурс. // Русский журнал. — 2001. — 22 ноября. URL: http://www.nbuv.gov.ua/polit/01rzfrg.htm

181. Оренбургский листок. — 1882. — 9 мая, 23 мая.

182. Панина, Т.С. Детские дома Украины на оренбургской земле (по материалам ЦДНИИ ОО) / Т.С. Панина // Этническая история и духовнаякультура украинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития. — Оренбург, 2004. С. 48 — 53.

183. Пашичев, Г. «Не выделиться, но и не раствориться.» / Г. Пашичев // Челябинский рабочий. — 1994. — 2 июня. — С. 3.

184. Перепелкин, JI. Национальные движения в системе гражданских отношений // «Конфликт — Диалог — Сотрудничество». Национальные общественные движения в Российской Федерации // Бюллетень № 4 (июнь -август 2000). -М., 2000. С. 11 — 19.I

185. Переселенцы в Оренбургской губернии (Заметка действ, члена К. Е. Сувчинскаго) // Материалы по статистике Оренбургской губернии, -Оренбург: Типография Б.А. Бреслина, 1889. С. 1 — 6.

186. Перетяткович , Г.И. Малороссияне в Оренбургском крае при начале его заселения (по рукописным документам архива минист. юстиции): Памяти

187. B.П. Маслова / Г.И. Перетяткович. — Одесса : Типография А. Шульце, 1888. -25 с.

188. Песенный фольклор украинских переселенцев в Башкирии / сост. В.Я. Бабенко , Ф.Г. Ахатова: На украинском и русском языках. — Киев, Уфа: Музична Украина, 1995. 240 с.

189. Пистоленко , В. Из прошлого Оренбургского края / В. Пистоленко. — Чкалов : Облает, изд., 1939. 151 с.

190. Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930 — 1940: В 2 кн. Кн. I / Отв. Ред. H.H. Покровский. М.: РОССПЕН, 2005. — 912 с. (Серия « Архивы Кремля»).

191. Помнят степи певца Украины: матер, науч.-практ. конф., посвященной 185-й годовщине со дня рождения Т.Г. Шевченко. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2000.-112 с.

192. Попов, С.А. Из истории поселения украинцев в Чкаловской области /

193. C.А. Попов // Великая дружба: сб. общ.-полит. стат. и литер.-худ. произв., посвящ. 300-летию воссоединения Украины с Россией. — Чкалов: Чкалов, книж. изд., 1954. С. 60 — 84.

194. Попов, С. На левом берегу Урала / С. Попов // Южный Урал. — 1981. — 9 января.

195. Рашин , А.Г. Население России за 100 лет (1811 1913 гг.). Статистические очерки / А.Г. Рашин / под ред. акад. С. Г. Струмилина. — М.: Гос. стат. изд., 1956. — 352 с.

196. Рахматуллин, У.Х. Население Башкирии в XVII — XVIII вв. Вопросы формирования небашкирского населения / У.Х. Рахматуллин. — М.: Наука, 1988.-188 с.

197. Роднов, М.И. Социальная структура украинского крестьянства Уфимской губернии в начале XX века / М.И. Роднов // Украина -Башкортостан: годы испытаний и сотрудничества: сб. стат. Уфа: нучн. центр украинистики , 1993. — С. 138 — 141.

198. Рычков, П.И.Топография Оренбургской губернии / соч. П.И. Рычкова 1782 года. — Оренбург: Типография Б. Бреолина, 1887.

199. Синицын, Ф.Л. Политические настроения депортированных народов СССР. 1939 1956 гг. / Ф.Л. Синицын // Вопросы истории. — 2010. — № 1. — С. 50-71.

200. Смирнов, Ю.Н. Оренбургская Экспедиция (комиссия) и присоединение Заволжья к России в 30 — 40-е гг. XVIII века / Ю.Н. Смирнов. Самара: Самарск. ун-т, 1997. — 190 с.

201. Со Всероссийского совещания «О реализации Концепции государственной национальной политики1 Российской Федерации» // Этнопанорама. 2003. -№ 1-2. — С. 121 — 122.

202. Списки населенных мест Оренбургской губернии. — Оренбург: Типолитография Губернскаго Правления, 1901. — 263 с.

203. Тадевосян, Э.В. Словарь-справочник по социологии и политологии / Э.В. Тадевосян. -М.: Знание, 1996.

204. Тарасов, Ю.М. Русская колонизация Южного Урала: вторая половина XVIII первая половина XIX в. / Ю.М. Тарасов. — М.: Наука, 1984. — 175 с.

205. Томилов, H.A. Национальные процессы и некоторые задачи советской этнографической науки (в связи с разработкой научной программы «Народы

206. России») / H.A. Томилов / Этнические и социально-культурные процессы уtнародов СССР: Всесоюз. науч. конф. Омск, 1990. — С. 4.

207. Тыл — фронту: матер, междунар. науч. конф., посвященной 60-летию Великой Победы. — Челябинск: Челяб. гос. пед. ун-т, 2005. 417 с.

208. Украинцы / Отв. ред. Н.С. Полищук , А.П. Пономарев. М.: Наука, 2000. — 535 с.

209. Украинцы в Оренбургском крае: матер, науч.-практ. конф, посвящ. , 150-летию со дня пребывания Т. Г. Шевченко в Оренбургском крае. — Оренбург: Димур, 1997.-184 с.

210. Файзуллин , Ф.С. Грани этнической идентификации / Ф.С. Файзуллин, А .Я. Зарипов // Социс. 1997. — № 8. — С.

211. Федорова, A.B. Народы Южного Урала: этнический взгляд на историю / A.B. Федорова. Оренбург: Пресса, 2001. — 196 с.

212. Федорова, A.B. Украинцы в контексте оренбургской истории / A.B. Федорова // Украинцы в Оренбургском крае: матер, науч.-практ. конф. -Оренбург: Димур, 1997. С. 32 — 38.

213. Федорова , A.B. Украинские театры на Южном Урале / A.B. Федорова, Ю.А. Дудко // Помнят, степи певца Украины: матер, науч.-практ. конф. -Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2000. С. 57 — 60.

214. Федорова , A.B. Украинский институт эпидемиологии и микробиологии в годы Великой Отечественной войны / A.B. Федорова, Ю.В. Романчук Iiл;

215. Помнят степи певца Украины: матер, науч.-практ. конф. — Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2000. С. 86 — 87.

216. Федорова, A.B. Эвакуация на Южный Урал / A.B. Федорова // Этническая история и духовная культура украинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития: матер межрег. науч.-практ. конф. — Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2004. С. 45 — 48.

217. Фиельструп , Ф.А. Этнический состав населения Приуралья / Ф.А. Фиельструп. Л.: Акад. Наук СССР, 1926. — 37 с. t

218. Фирсов, H.A. Инородческое население прежнего Казанского царства в новой России до 1762 года и колонизация закамских земель в это время / H.A. Фирсов. Казань, 1869.

219. Футорянский , Л.И. Украинский элемент в казачестве России в концеj

220. XIX века / Л.И. Футорянский // Этническая история и духовная культураукраинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития: матер межрег. науч.-практ. конф. Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2004. — С. 72 — 74.

221. Хабибуллина, А. УкраТнщ в Башкортостан! / А. Хабибуллина Электронный ресурс. // Кобза. URL: http://kobza.com.ua/content/view/1723/48/

222. Челябинская область за 40 лет Советской власти. — Челябинск: Челяб. книж. изд., 1957. 675 с.

223. Черемшанский, В.М. Описание Оренбургской губернии в хозяйственно-статистическом, этнографическом и промышленном отношениях / В.М. Черемшанский. Уфа: Типография Оренб. Губ. Правл., 1859.-465 с.

224. Чижикова, JI.H. Русско-украинское пограничье: история и судьбы традиционно-бытовой культуры / JI.H. Чижикова. -М.: Наука, 1988. 256 с.

225. Чумаков, М. Саракташцы — георгиевские кавалеры / М. Чумаков // Пульс дня. Саракташский район. — 1997. 18 марта.

226. Чумаков, М. Екатериновка / М. Чумаков // Пульс дня. Саракташский район. 1997. — 20 мая.

227. Этническая история и духовная культура украинцев Оренбуржья: состояние и перспективы развития: матер, межрегион, науч.-практ. конф. — Оренбург: изд. центр ОГАУ, 2004. 152 с.

228. Юраков, A.B. Ресурсы межэтнической толерантности в Башкортостане / A.B. Юраков // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. — № 153.-М., 2002.-29 с.

229. Ямзин , И. Переселенческое движение в России с момента освобождения крестьян / И. Ямзин. — Киев: Типограф. Имп-ого Ун-та Св. Владимира, 1912. — 203 с.

www.dissercat.com

Закрыть меню